Хулиганы лишь ухмыльнулись. Они будто были уверены, что Гортензиев не придет. Скорость, с которой разворачивались события, не оставила времени на анализ ситуации. Надо было что-то делать. И лучше всего было действовать, чем просто ждать своей участи.
Катя дернулась и попыталась бежать в сторону тропинки, но Кабанов, на удивление, оказался ловчее. Он больно схватил за запястье, отчего из глаз чуть не брызнули слезы, развернул и прильнул к ее губам противным скользким ртом, из которого несло луком вперемешку с табаком. К горлу подступила тошнота. Катя дернулась, отстраняясь, и со всей силы оттолкнула Кабанова от себя. Но тот не собирался отступать, он снова перехватил ее руки и потянул на себя.
– Отпусти!
– Нужно было думать, что делаешь, Кошкина, – проскрипел на ухо Кабанов.
Странно, но его дружки так и стояли в сторонке, не мешая и не помогая своему товарищу.
– Фу, отвали! Девчонки «не дают», так решил насильно брать? Как мерзко, – попыталась задеть его совесть Катя.
– Че сказала?! – Кабанов жадно втянул в легкие воздух.
– Я сказала отпусти, а то закричу.
– И че? – спросил Кабанов, перехватил обе ее ладони одной рукой, а второй обхватил за талию. – Здесь никого нет, понимаешь? Никто не услышит.
Его спутники, как по команде, согласно закивали. Катя насторожилась.
«Шаги? Или мне кажется?»
– Отпусти, пожалуйста, – словно сдавшись, попросила она, надеясь обхитрить. Кабанов не слыл умным парнем, даже удивительно было, каким образом он попал на экономфак.
Внезапно его дружки бросились в сторону моря, сверкая пятками. Катя вдруг ощутила, что хватка ослабла. Воспользовавшись этим, она дернулась, вырвалась и упала на землю. Только сейчас она увидела, что Кабанова сзади крепко схватил Петя. Значит, она не ослышалась, это шел он.
– Слышь, отпусти! – внезапно завизжал Кабанов, растеряв всю свою храбрость.
«Под стать своей фамилии, – пронеслось в голове у Кати. – Натуральный кабан».
Но Петя и не собирался этого делать. Казалось, он готов был накостылять ему по первое число.
– Откуда ты вообще тут взялся?!
– Не твое дело, придурок, – огрызнулся Петя и крепче сжал руку на горле Кабанова.
– Да ничего бы я ей не сделал! Припугнуть хотел, только и всего! – отчаянно вырывался тот.
– Втроем на одну слабую и беззащитную? Это, по-твоему, по-джентльменски?
– Эй, я не такая! – возмутилась Катя, поднимаясь на ноги.
Кабанов уже чуть не хныкал. Катя и подумать не могла, что он, оказывается, такой трус и мастак воевать только с девчонками.
– Да правду тебе говорю: просто припугнуть. Меня батя и так пристроил в универ по блату, если я вылечу, он меня убьет. Так зачем мне лишние проблемы в виде Кошкиной?
А Петя вел себя настолько уверенно, что хотелось то ли восхищаться им, то ли отругать за излишнюю решительность. На мгновение она даже забыла, что он взялся буквально из ниоткуда и при этом в самый нужный момент.
– Что с ним делать будем? – посмотрел он на Катю, ожидая ее решения.
На секунду ей даже стало жалко хулигана – настолько обделавшийся и грустный был у него вид.
– Отпусти, – совершенно неожиданно для себя сказала Катя. – А то он в штаны наложил уже, наверное.
Без лишних вопросов Петя оттолкнул Кабанова от себя, и тот, не оборачиваясь, но ругаясь, побежал в сторону тротуара. Послышался хруст веток куста рододендрона, а затем повисло недолгое молчание, которое нарушил первым Петя:
– Обычно дамы благодарят кавалеров за то, что те заступились за них в схватке с хулиганами.
– Я бы и сама справилась.
– Ну ладно. Тогда пока.
Петя развернулся и пошел к тропинке. Под кожей зашевелилось грызущее чувство вины, Катя подбежала и ухватила его за локоть.
– Петя… Подожди.
Она отдернула руку, будто обожглась. Он остановился и безразлично посмотрел на нее.
– Прости. Я не права. Спасибо тебе.
– Да ладно. Ты же строптивая кошка, которая гуляет сама по себе и делает все сама.
– Ну нет, не надо так. Мне правда неловко. Хочешь, чтобы я от стыда под землю провалилась? Ты пришел на помощь вовремя. Я тут чуть не умерла, честное слово! Дурацкий Кабанов, идиот, козел безрогий!
Петя усмехнулся, абсолютно не возражая против такого набора эпитетов. Катя потерла подушечками пальцев нос и стала буравить взглядом носки кроссовок.
– Что-то по тебе не видно, что испугалась.
– Шутишь? Кабанов хоть и дурачок, но оставаться с ним наедине – страшно. Это все ромашковый чай – работает покруче любого успокоительного.
– Ты в порядке? Он не сделал тебе больно?
Катя подняла на него взгляд. Глаза Пети не отрывались от нее, такие черные горошины на спокойном лице.
Хотелось прокричать на весь лес: «Конечно, сделал! Этот гад украл мой поцелуй!»
До этого она, конечно, целовалась с мальчишками в школе, но нормальными, «человеческими» поцелуями это было сложно назвать. Никто из кавалеров Кате толком не нравился, а целоваться приходилось ради того, чтобы понять, каково это вообще, ведь все взрослые умеют. Но и этого сделать не удалось: школьники только познавали азы этой науки, поэтому Кате было не приятно и трепетно, а даже немного противно. Как, собственно, и сейчас.
– Скажи, как ты тут оказался?
