Эдик, посылаю тебе статью в «Р.М.» о нашем «друге». Все, кто были на «представлении», кроме его прихлебателей, говорят то же, что и в газете. Эмоциональная пустота, идеологическая заданность. Во французских газетах, конечно, появились купленные статьи, но чисто описательные. Никто не смог выдавить из себя никакого восторга. Думаю, что это начало конца.
Римма едет за паспортами в Москву, она вам позвонит. Обнимаю тебя и Галю.
В.Я.24.06.95Париж, 1997
5
Графоманское послание другу Эдику Штейнбергу
к 60-летию его пребывания на Земле.
Эпиграф
В огне боев ковалсяNonkonformisten KunstВи аплодирэн нам,Ми благодарэн вамБои на баррикадах,Огней кровавых дни,Никто врагу не сдался,Ни он, ни я, ни ты.Под знаменем ПобедыМы братья-близнецы,У нас одна мамаша,Но разные отцы.В огне боев ковалсяNonkonformisten KunstВи аплодирэн нам,Ми благодарэн вам.Ты подыши на окна,Чтобы написать: «Я жил здесь»,И иди опять к холстуЧертить свой жизни путь.…………………………………………………Прямая линия, окружность, квадрат…Ведут через Тарусу, отчий сад, в Москву…Москва варила суп из всех из нас,И каждый напитался про запас на будущую жизньИ каждый отличался от других…………………………………………………И все-таки он был одним из нас.Оскар и Эрик, Эдик и Илья,И Миша Шварцман, где-то там и я,Олег Целков, Немухин – патриарх,Володя Яковлев – гуашевый монах.Москва…С мороза в теплый дом,Застольные беседы обо всем —О дьяволе, о Брежневе, о зле,О вечности, о Боге, о судьбе.…………………………………………………Иди к себе…И в одиночестве своем,Когда один перед холстом,Когда бессмысленно соврать,И лучше сразу разорвать,Достигнуть можешь тишиныОбщения с Творцом на Ты,…………………………………………………Пробив главою потолок…Прямая линия, окружность, квадрат…Ведут через Москву в французский град,Где, в жизнь входя: «Bonjour, Madame»,И, уходя, тихонько: «Bonsoir».Париж, и Claude,И красное вино,И вот окно,Ты погляди в него,И устрицы, и дождь,И мокрое лицо,………………………………………………………………………………Ты подыши в стекло,Чтоб пальцем написать,«И я здесь жил,Володька, я не блядь?»В. ЯнкилевскийПариж, 3 марта 1997 годаДорогому Эдику с любовью.
<p>Т. ОЛЬШЕВСКАЯ<a l:href="#n44" type="note">44</a> – Г. и Э. ШТЕЙНБЕРГ</p>Москва–Париж, 1991
1
Дорогие Галочка и Эдик!Уж не один раз начинала писать вам и никак не могла закончить. В тот же день, когда Леночка сообщила телефон Симоны, и я ней созвонилась, заболела гриппом, и по сей день душит кашель. И опять сбежал Рэм, ищем четвертый день. Держимся из последних сил.
Думала, что Леночка сможет встретиться с Симоной, но и она заболела этим дурацким гриппом.
Очень трудно писать, собраться с мыслями. Мне приходится разрываться на сто частей: стоянии в очередях, помогать Толе, дом. Толя продолжает работать, но хочет максимально сократить свою бурную деятельность. Страшные налоги при конечной прибыли не дадут выжить. Надо срочно прятаться под крышу какого-нибудь творческого союза, которые налогами пока не будут облагаться. Да и вообще невозможно что-либо прогнозировать на будущее. Силы, и физические, и психические, иссякли. Но их необходимо восстанавливать. А это только одно – Вера, которая нас держит от окончательного отчаяния.
