За завтраком в общей столовой однокурсницы спросили, куда Матильда запропастилась. Пришлось соврать, что она срочно укатила домой, но скоро непременно вернется. В ее скорейшее возвращение я искренне верила! И почти расслабилась, как в столовую, вошла мадам Пембрук, высокая, худосочная дама с идеальной короткой стрижкой на седых волосах.
Она утвердилась в самом центре обеденного зала. Поджав накрашенные карминовой помадой губы, оглядела притихших девушек и резким голосом прокаркала:
– Признавайтесь, кто прячет в своей комнате животное!
Душа ушла в пятки, а ложка едва не выпала из рук.
– Не смейте друг друга покрывать! – потребовала комендант. – Сегодня ночью чья-то собака перерыла тюльпаны! Все равно по лаю выясню, у кого она живет!
– Госпожа Пембрук, – с возмущением проговорила староста второго этажа, – я вчера собственными глазами видела, как какой-то парень выгуливал на вашей клумбе пса!
Народ одобрительно загалдел, подхватывая версию, что злодей был пришлым и коварно запустил в тюльпаны питомца.
– Что за парень? – Комендантша сузила глаза.
– В темноте толком не разглядела, – не испугавшись недоверчивого взгляда, с достоинством ответила девушка. – Но пес был огромный!
Видимо, размером со второкурсницу из угловой комнаты на первом этаже… Только усилием воли мне удалось не спрятаться под стол. Вдруг найдутся глазастые, способные признать во мне того самого пса-землероя? Но обошлось: комендантша ушла, испортив всем аппетит, а соседки принялись обсуждать смелого героя, не побоявшегося дерзкой эскапады.
Всю первую лекцию я не находила себе места от беспокойства. Так и представлялось, что голодная Матильда, презревшая отборную говядину, устроила погром и громко мяукала под дверью, требуя ее накормить. Мы с родителями никогда не держали дома домашних питомцев, но логика подсказывала, что сытая кошка – тихая и спокойная кошка. Хотя, возможно, с Матильдой постулат не работал, и она в любом состоянии была скандальной.
На следующем занятии я даже не пыталась сделать вид, что заинтересована лекцией, а потребовала от «Книгочея» рассказать, чем именно кормить капризных хвостатых принцесс. Начитавшись советов бывалых кошатников, я сбежала в продуктовую лавку и вернулась в общежитие с распухшей от свертков учебной сумкой. Да я себя так не баловала, как Матильду!
В комнате царили порядок и тишина. С подозрением я позвала соседку по имени, и заспанная розовая кошка лениво вылезла из-под кровати. Она потянулась на фоне занавески на чуток приоткрытом окне. По центру тонкого тюля тянулись распоротые насквозь полосы. Матильда точила о занавески когти! Не знаю, как я не схватилась за полотенце, чтобы вбить в нее немножко воспитания.
– Менять их будешь за свой счет! – пригрозила я кошке.
Та зашипела в ответ и отказалась испробовать угощения. Ни куриная печенка, ни порезанная стружкой индейка ее не заинтересовали. Зато к моей последней паре приличных туфлей она принюхивалась с большим интересом! Пришлось убрать обувь в шкаф.
– До завтра! – пробормотала я. – Осталось потерпеть до завтра, а потом она снова заговорит человеческим голосом…
За ужином вся столовая обсуждала, что мадам Пембрук устроила засаду: засела у себя в комнате и ждет парня с собакой. Решила взять хулигана с поличным! И меньше всего я ожидала обнаружить этого самого хулигана у себя под дверью. Дотошная комендантша оказалась так занята отловом Сиона Кэллага, что пропустила, как он без проблем вошел в общежитие через парадную дверь и преспокойно минул ее комнату.
– Матильды снова нет? – протянул он.
Внутри шевельнулось беспокойство. Старательно следя за лицом, я пожала плечами, но щеки предательски вспыхнули.
– Знаешь, что меня беспокоит, Лука? – Сунув руки в карманы, Сион сделал ко мне шаг, и я невольно попятилась. – Ты всем говоришь, что Матильда уехала домой, но до дома она не добралась. И куда она могла деться?
– Да я понятия не имею! – не особенно убедительно возмутилась я. – Вчера вернулась до комендантского часа, рано утром ушла…
– Ладно, – невозмутимо согласился он. – Обращусь к стражам. Они ее вернут, а то маменька в ярости.
Сион обогнул меня.
– Стой! – Я вцепилась в рукав его пиджака. – Не надо стражей! Матильда в комнате. Она просто… пока не может выйти.
Кэллаг-старший одарил меня торжествующим взглядом и спросил:
– И что же с ней произошло?
– Она сейчас сама на себя непохожа, – туманно пояснила я, с трудом представляя, как расскажу, что превратила его сестру в кошку.
– Волосы в розовый покрасила? – насмешливо спросил он.
– Вроде того, – пробормотала я, вытаскивая из кармана ключ.
Стоило приоткрыть дверь, как розовая бестия ужом проскользнула между наших ног и рванула по коридору.
– Держи ее! – охнула я.
Надо отдать должное Сиону, он ловко схватил Матильду и зажал под мышкой, не давая вырваться. Та обивалась, как могла, но в конечном итоге сдалась и обмякла от крепкого братского захвата.
– Вы завели кошку? – Он удивленно улыбнулся и почесал сестрицу между недовольно прижатых ушей.
– Тихо ты!
