Меллас поднял руку, стараясь не пропустить звуки выстрелов. Как только они раздались, он засёк пеленг и передал его Дэниелсу по рации Гудвина. Он ждал, когда мины пролетят по медленной высокой траектории. Он видел, как облачная гряда клубится между двумя горными вершинами и укрывает долины под ними. Казалось, Маттерхорн парит над землёй, уродливой глыбой поднимаясь прямо из серебристой седины. Потом мины упали – повсюду и внутри периметра. Морпехи свернулись калачиками, зажали уши руками, словно пытались вдавится в каски.
Обстрел продолжался пятнадцать минут. Каких-то пятнадцать минут. Потом прекратился.
Меллас подождал ещё две минуты. Он выглянул из воронки и поднялся, чтобы уточнить потери. Он увидел, что старший санитар уже кого-то латает. Гудвин доложил ещё о двух убитых: оба прятались в одном окопе. Если б не это, отделались бы незначительными осколочными ранениями.
Меллас пошёл назад к окопу Фитча. Релсник глянул на него, лицо его дёргалось. Поллак смотрел куда-то в сторону.
– Что?
Молчание нарушил Фитч: 'Басс убит, – быстро сказал он. Словно стараясь сгладить краткое сообщение, он добавил, – У нас недостаточно боеспособных, чтобы прикрыть обе горы. Как только отправим раненых с Маттерхорна, я возвращаю первый и третий сюда'.
Мгновение понадобилось Мелласу, чтобы уяснить две порции информации. Но даже тогда его следующий вопрос прозвучал несколько автоматически. Это всё, что он смог вымолвить, чтобы заполнить пустоту: 'Как?' – потрясённо спросил он.
– Осколок. Он истёк кровью.
Меллас развернулся и пошёл к краю окопов, обращённых к Маттерхорну. Было тихо. Маттерхорн безмятежно парил над облаками. Он видел Басса на Маттерхорне лишь несколько недель назад, обучал его, шутил с ним, ворчал на него. Басс, который однажды укутал его в одеяло, когда после дозора он так замёрз, что никак не мог унять дрожь. Который наливал в чашку кофе. Который беседовал с ним о доме. О морской пехоте. Басс. Убит. На этом грёбаном ненужном куске земли.
Гудвин подошёл к Мелласу сзади, положил руку на его каску и покачал её вперёд-назад. Он ничего не сказал.
– Спасибо, Шрам, – наконец, вымолвил Меллас.
У Мелласа першило в горле. Слёзы собирались за вeками. Но першение не кончилось кашлем, и слёзы не брызнули. Пустота заполонила его душу.
– Эй! – закричал кто-то на южной стороне периметра. – Птицы летят.
На юге из тумана одинокий вертолёт СН-46 поднимался вверх к площадке на Маттерхорне. На Маттерхорне зажгли красную дымовую шашку. Дым медленно растекался по воздуху, как кровь по воде.
Ленивые клубы тёмного дыма завихрились вокруг вертушки, когда она пошла на посадку, – новые разрывы миномётных мин.
Забыв о рациях, Меллас схватился за бинокль Фитча и взобрался на небольшое возвышение. Он увидел, как Джексон стоит один посреди зоны высадки с рацией на спине и направляет вертолёт сигналами рук, а вокруг рвутся мины. После того как погибли Фракассо и Басс, командование принял Джексон. Приказов на этот счёт не отдавалось и вопросов не возникало.
Меллас видел, как вертушка села. Экипаж выстроился в цепь, и бойцы роты 'браво' подбегали, неся раненых всеми возможными способами, и забрасывали их через заднюю рампу. Пока экипаж размещал тела дальше по корпусу, морпехи бегали к птице со всё новыми убитыми и ранеными. Потом вертушка, хлопая по воздуху, поднялась в воздух, и морпехи побежали от неё и рассыпались по укрытиям. У закрывающейся рампы появилась фигурка, на миг задержалась и, выпрыгнув в пространство, свалилась на землю. Похоже, это был Джейкобс. Шальная мысль мелькнула у Мелласа в голове, что Джейкобс, наверное, слишком сильно заикался и не смог упросить лётчика оставаться на земле, но потом устыдился своей мысли. Он видел, как секунду Джейкобс лежал, затем кто-то выскочил под разрывы мин и потянул его. Потом оба поднялись и побежали в укрытие.
– Вот тебе и грёбаный Джейк, чувак, – пробурчал вслух Меллас. – А ведь он прыгнул назад в это говно.
Он видел, как Джексон хладнокровно сажает другую вертушку. Потом облака закрыли зону высадки, и он больше ничего не видел.
Третья вертушка натужно поднималась с южной стороны Вертолётной горы. Все слышали её подлёт. Поллак по рации вёл переговоры с пилотом, и старший санитар готовил к эвакуации раненых за предыдущий день. Двое из пяти тяжелораненных были ещё живы. Одним из них был Мерритт, он то и дело повторял, что никогда этого не забудет. Шеллер говорил, что тоже не забудет. Шеллер с санитаром из второго взвода уложили смердящее тело Мерритта на пристроенную меж двух жердин плащ-палатку и отнесли к изувеченному куску плоской земли на восточной стороне горы ожидать вертушки подальше от автоматного огня.
Меллас наблюдал, как вертушка выныривает из тумана. Поллак зажёг жёлтую дымовую шашку, и миномётные мины вновь посыпались на Вертолётную гору.
Пилот разговаривал с Поллаком спокойным, уверенным голосом: 'Ладно, сынок. Откуда они стреляют? Куда они стреляют, я знаю. Приём'.
– С пальца сразу к северу от нас, сэр. Также миномёты есть к северо-западу и прямо на запад, почти что на границе. Приём.
