Так вот, возвращаясь к истории с голым Дэниелом в каюте, я его очень легко надурила и привязала покрывалом к креслу, которое, очень кстати, оказалось прикручено к полу, потом взяла яблоко из вазы и воткнула этому придурку в рот. Папа до сих пор не в курсе этого инцидента, над которым смеются до потери пульса по сей день все Делакорты, несмотря на то, что на яхте мы были двумя семьями. Дэниела успешно развязал Гарри только ближе к вечеру, когда все начали интересоваться, куда делся третий Делакорт. Нашли. Спасли. Смех Гарри был слышен даже на верхней палубе.
Макс валялся на кровати, слушая про голого Дэна, предлагавшего сделать ему минет. Мой брат, осознав всю серьезность произошедшего, чуть не разукрасил красивое лицо Дэниела своими кулаками. Он хотел защитить меня и защищает от всяких негодяев даже сейчас, хотя я здесь старшая. В любом случае забота Макса приятна, ведь я опекаю его не меньше. Если подумать, то между нами не выстраивалось четкой иерархии. Не было такого, что я — малявка, а Макс — старший. Нет. Благодаря маминому воспитанию мы равны друг перед другом. Всю жизнь играли вместе, шкодили вместе и отбывали наказание тоже вместе. Мы — команда. Мы всегда будем тянуться друг к другу, как будем неровно дышать к нашим вторым половинкам.
Однажды после очередной пакости Элен папа хорошо отчитал нас и требовал выдать инициатора сей заварухи, потому что ему надоело каждый раз ругаться с Элен. Вообще-то, трюк с подменой духов на вонючее амбре придумал и провернул Макс, но папа думал на меня, так как парфюм — это мой профиль. Я не выдала Макса. Макс прикрывал меня. Мы принимали удар на двоих. Часы спустя папа сдался и рассказал один занимательный фактик о нас, потом даже видео показал. Он заснял на телефон, как мы лежим у мамы на груди сразу после рождения, и Макс тянется ко мне ручкой, а я протягиваю ему свою. Насколько мне известно, Макс родился больше меня на восемь сантиметров, но он был вторым. Я — мелкая кнопка, хотя все равно первая. Поэтому на видео нас легко отличить друг от друга.
Макс, кстати, сам по себе не маленький. Вымахал и стал выше меня ростом на голову или на полторы точно. Сейчас они с папой одного роста, хотя я тоже не маленькая. Метр шестьдесят четыре. Мое спасение — это каблуки. Тогда мы становимся почти на равных, но Макс и папа все равно выше. Что это я?! Опять ушла в свою шмякнутую семейку. Макс у нас выпал из самолёта, а я ударилась головой о капот кара, поэтому мы повёрнуты на этом. Наш отец вообще научился извлекать нешуточные деньги из двух своих любимых занятий.
Так вот, братья Делакорты — сыновья папиного лучшего друга, Филиппа Делакорта. Он делает свои миллионы на нефтепереработке и немножко на парфюмерии, но это скорее маленький бизнес его жены. Тётя Лили не захотела сидеть дома. Она очень активная женщина, ей хочется быть в центре внимания, среди людей, поэтому дядя Филипп предпочел отделаться малой кровью и создать ей дочернюю компанию от своей. Всеми делами тётя Лили занимается сама. Ну, мальчики уже выросли, так что воспитывать их уже не особо надо, а сидеть дома, спускать бешеные бабки в бутиках и салонах красоты этой женщине не особо хочется. Теперь она руководит своим брендом духов «L’eau des ans», планирует расширится и выпускать косметику.
После выходки с привязанным Дэниелом Делакотрты мы начали переговоры. Пара школьных заварушек, подстроенных моей «сестрицей» и моим злейшим врагом — Джулией, и банда официально создана! Хотя после выходки с минетом мои щеки краснели каждый раз, когда Дэн оказывался от меня в радиусе ста метров. Хорошенькое начало дружбы. Зато сам Дэниел утверждал, что ему не было стыдно, потому что нагота — это вполне нормально, естественно. Все взрослые, адекватные люди, занимающиеся сексом, не стесняются видеть друг друга голыми. Странный человек! Вот Дэниел как раз умел философствовать. Он — обладатель того самого взгляда, как у Женьки. Таких людей мало. Ей Богу, они — редкость.
Вернёмся в ночной клуб. Гидеон и Сойер отпустили меня и указали взглядом на Джулию и Саманту. Джулия нацепила откровенное красное платье в поетках, которое едва прикрывало задницу. Она снова покрасилась. Когда я уезжала, ее волосы были тонированы в пепельно-каштановый, а сейчас — платиновый блонд. Мне кажется, эта стерва рано или поздно навернется на своих десяти-сантиметровых шпильках. Боже, позволь увидеть этот момент. Я медленно перевела взгляд на Саманту. Хах, ее коротенькие кожаные шортики приоткрывали задницу. Праздный топ за не одну сотню евро не очень надежно прикрывал зону декольте. Волосы, постриженные в каре, растрепались.
Ладно, я ношу длину миди, но только потому, что не особо приятно, когда волосы мешают тебе ехать за рулём. Наверное, можно завязать хвостик. Я завязываю кичку, хотя мне так больше нравиться, а вот у Саманты другая точка зрения. Папа не станет ее больше замечать, если она перекраситься в блондинку и подстрижет каре. Впрочем, среди всех откровенно вырядивших для Делакортов девчонок по крайней мере я чувствовала себя монашкой.
