Макс пошёл назад за багажом. Папа увёл Элен на кухню. И минуты не прошли, как оттуда полилась брань. Я же взяла Линку за локоток и увела её на второй этаж.
— Думаю, после этой сцены у папы к несчастью еще сильнее проступит седина, — шепчу я на ушко Линке, — Ладно, прости за это, просто Элен бесится из-за того, что мы сунулись домой на выходные. Лично Макс подозревает, что у нее был план, как заставить папу больше времени проводить с Самантой, а папа, собственно, как обычно уперается и в хвост и в гриву.
— Странная она, — бормочет мне Линка, — Зачем же с вашим папой так. Он хороший человек.
— Обычно, умные или хитрые женщину дрессируют мужчин по принципу кнута и пряника, но конкретно наш папа пряник не ест и кнута не боится, — пожимаю плечами я и открываю дверь гостевой спальни, дверь в которую находилась в конце корридора, — Забудем, он их выкурил на пару недель точно. У нас довольно заботливый и демократичный папа. Он не даст тебя или Макса и меня в обиду, так всегда было зведено. Друзьям семьи Сарториус в этом доме рады. Элен, как собачонка, лает, но не кусает.
Линка тяжело вздохнула. Оу, надеюсь, ей уже не захотелось назад в Россию. Я распахиваю перед ней дверь в комнату, залитую солнечным светом. Это лучшая гостевая, которая только есть в этом доме. Широкая кровать с кожаным изголовьем. Парочка тумбочек. Резной комод с зеркалом. Пара бра и люстрочка с висюльками из хрусталя на фоне светло-зелёных обоев. Ковёр с кисточками. И гвоздь программы. Панорамные окна с маленьким балконом и видом на лес и реку, там даже город чуточку видно.
— Ну, это спальня, а вон та дверь в ванную, — зеваю я и отползаю к двери, — Линочка, располагайся и отдыхай. Моя комната через три двери от твоей, а Макса напротив моей. Папина в другом конце, так что не бойся стучатся во все, если не сообразишь.
Линка переваривала с восхищенно-удивленным выражением лица тот факт, что ей нахаляву достался люксовый номер на тридцати четырёх квадратных метрах с роскошным видом. Я тихо вышла и побрела к себе. Закрыв дверь и бросив свой чемодан, я плюхнулась на кровать. На свою тёплую постельку. И, похоже, отключилась.
Послышались визги. Кто-то закричал имя «Соейер». Я выскочила с танцпола и побежала к барной стойке. Братья Делакорты собственной персоной. Я так по ним соскучилась, как если бы не видела Макса полгода. Они стали мне как родные братья. Я их люблю не слабее Макса. Линочку поймал братик, чтобы не оставлять её одну. Гарри и Сойер шли буднично: в джинсах и кофтах. Им не нужно было выпендриваться, чтобы привлечь внимание. Они прилюдно раскинули руки:
— Боже, Делакорты! — воплю я и прыгаю обниматься, — Местная элита на пати!
Парни меня поймали. Обняли. Был бы среди них Дэниел, я бы схлопотала ещё и горячий поцелуй в щёчку, другого при Максе позволять нельзя, иначе мой брат все тут прибьёт. Краем глаза я заметила, как Макс шепчет шокированной Линочке про меня и братьев Делакортов. Обожаю этих засранцев! Потому что мы — банда! Нас в академии так и называли. На самом деле Делакорты правили школой.
Сначала они держались от нас в отдалении, вели себя холодно и незаинтересованно, когда мы пытались наладить с ними контакт. Больше всего конфликтов у меня было с Дэниелом. Ох, какие трюки мы выполняли, чтобы выставить друг друга идиотами. Это война! Всё начиналось безобидными оскорблениями, а закончилось тем, что Дэниел решил поиздеваться надо мной, запер дверь каюты и предложил сделать ему минет. Он стоял передо мной в одних трусах и, когда их снял, сел на кресло, кхэм, в чем мать родила. Ну, Дэниел Дэлакорт старше меня на два года и на тот момент переспал с кучей девушек. Я же до сих пор девственница и планирую пока что ей остаться, но он об этом не знал и не узнает, наверное, а может быть однажды пересплю с ним.
Мне давно этого хотелось, потому что кубики и мускулистая грудь Дэнни до сих пор стоят у меня перед глазами. Я завела себе плохую привычку мерить всех парней Дэниелом Дином Делакортом. Это отвратительно, но при общении с любым парнем меня не покидает мысль, что передо мной не Дэн. Когда он взбунтовался и ушёл, у меня не получилось его остановить. Мы не виделись очень долго. Наша ссора меня убивает. Без ножа на фарш разделывает. Зато много времени подумать.
«Просто друг, да?»- разочаровано спросил он тогда.
«Неужели ты не замечаешь?! Я хочу выйти из френдзоны, Полин! Теперь ты просто эгоистично идешь на поводу у своих желаний, бросаешь все и уезжаешь! Ты думаешь обо мне?! О дяде Риче?! Макс и ты ни о чем не думает. Вы просто делаете, как хотите!»- с этими словами Дэнни ушёл, оставив меня одну сидеть на скамейке в парке и плакать.
Не знаю, но мне нечего было сказать ему в свою защиту. Дэн был прав. Он всегда прав.
