И стоило ему это сказать, как Флегг споткнулся об корягу и кончиком меча задел одну из паутин.
— Твою мать, гоблинская твоя рожа, — выругался Остап. — Сколько раз говорил: внимательно смотрите под ноги! Всем приготовиться! Сейчас попрут!
Внезапно из-за ствола дерева с треском вырвался гигантский паук. Его бесчисленные глаза мерцали в полумраке, словно капли ртути. Вслед за ним из темноты хлынула лавина его чудовищных собратьев. Их когтистые лапы, покрытые жёстким волосом, скребли землю, поднимая облака пыли, а мощные челюсти щелкали, издавая сухой, металлический звук, от которого кровь стыла в жилах.
— Сергей, назад! — выкрикнула Шумилова, прикрывая меня своим телом. Но, говоря по правде, смысла в этом не было, так как пауки перли со всех сторон.
Поэтому вместо того, чтобы стоять и ничего не делать, я вытащил палочку, а заодно выпустил из кольца фамильяра.
— Пушистик, найди паучка поменьше и покажи ему, кто здесь настоящий хищник.
Кошак воинственно мяукнул, после чего блеснул артефактными накладками на когтях и тут же бросился на морду самого огромного паука. С выполнением приказов у него не очень, зато смелости хоть отбавляй.
Остап использовал свою способность контролировать ветер, чтобы разорвать паутину и отбросить пауков в разные стороны. Бром и Флегг тоже вступили в бой, рубя многолапых своими мечами. Лекарь стояла позади, готовая лечить раны, если кто-то получит увечье.
Один из пауков попытался напасть на меня сзади, но я почувствовал его приближение и мгновенно развернулся.
— Рассечение!
Из палочки вырвались лучи металлического цвета, которые тут же покромсали магическую тварь, а заодно нескольких ее товарищей, что бежали следом.
Тем временем Пушистик покончил со своим противником, выцарапав ему все глаза и поотрывав лапы. Тот продолжал дергаться, но больше не представлял ни для кого угрозы.
Повсюду летали заклинания и слышалось зловещее трещание сотен лап, но спустя всего несколько секунд пауки начали отступать.
Бром разрубил последнего врага, после чего устало стер с лица пот и обратился к Грулеву:
— Что-то их сегодня подозрительно многовато, командир. Может соберем трофеи и немного отступим? Не хотел бы продолжать этот путь в полной темноте.
Но вместо ответа Остап неожиданно сел в позу Лотоса, закрыл глаза и начал отдавать приказы:
— Ясмин, восстанови наши силы и вставай по центру. Госпожа Шумилова, от вас сейчас потребуется все ваше мастерство. А ты, Сергей, больше не бросайся на рожон. Лучше защищай нашего Лекаря, а то в сражении она практически бесполезна.
— От кого защищать? — не понял я. — Пауки же вроде отступили?
Грулев раздраженно фыркнул.
— Мы всего лишь наткнулись на малышей. И давайте помолимся, чтобы они не притащили сюда своих родителей…
Грулев не успел закончить фразу, как земля под нами затряслась. Из глубин леса донесся низкий, гулкий рёв, от которого по спине пробежали мурашки. Деревья вокруг закачались, словно под натиском урагана, а с ветвей посыпались листья и обломки веток. Воздух наполнился тяжёлым, гнилостным запахом, смешанным с запахом сырой земли и разлагающейся плоти.
— А вот и родители пожаловали — нервно произнес я, покрепче сжимая палочку.
— Да, — мрачно ответил Грулев, не отрывая глаз от деревьев. — Всем внимательно! Собрались!
В следующее мгновение из чащи показалась огромная тень. Сначала я подумал, что это просто игра света и тени, но затем тень начала принимать форму. Это было нечто огромное, с множеством лап, каждая из которых была толщиной со ствол молодой березы. Его тело было покрыто блестящим, чёрным хитином, а глаза — огромные, как блюдца, — горели зловещим красным светом.
— Мать всех пауков, — прошептала Шумилова, её голос дрожал от напряжения. — Мы влипли.
— Всем держаться вместе! — скомандовал Грулев, наконец открыв глаза. Его зелёный взгляд был полон решимости. — Ясмин, приготовься к массовому исцелению — сейчас нам будет очень больно! Бром, Флегг, фланги! Шумилова, ты со мной. Сергей, защищай лекаря!
Паучиха медленно приближалась, её лапы с лёгкостью сминали деревья на своём пути. Казалось, что само пространство вокруг неё искажается, а воздух становится густым и тяжёлым. Она издала ещё один рёв, и на этот раз он был настолько громким, что у меня заложило уши.
— В атаку! — крикнул Грулев, и всё вокруг взорвалось движением.
Шумилова выстрелила заклинанием, которое превратилось в огненный шар, летящий прямо в голову паучихи. Оно ударило её в один из глаз, и она взревела от боли, но не остановилась. Бром и Флегг бросились вперёд, их мечи сверкали в полутьме, разрезая воздух и лапы чудовища. Но паучиха была слишком большой, и её хитиновый панцирь казался непробиваемым.
— Лазарев, не стой как вкопанный! — крикнула Шумилова, отбиваясь от одного из меньших пауков, которые снова начали появляться из-за деревьев. — Защищай Ясмину!
Я очнулся от оцепенения и бросился к лекарке, которая уже начала набрасывать заклинания исцеления. Пушистик, мой фамильяр, крутился вокруг нас, отвлекая мелких пауков и царапая их своими артефактными когтями.
