Я молча кивнул, хотя и не собирался следовать ее совету. Я был уверен, что справлюсь со своими новыми способностями. В конце концов, я теперь не просто носитель Аббадона — мы стали единым целым, и это давало мне гораздо больше контроля.
— И не забудь зайти к директору, — добавила Авдотья Никитична, направляясь к выходу. — Он хотел видеть тебя, как только ты будешь в состоянии ходить.
Когда дверь за ней закрылась, я обвел взглядом лазарет. На соседних кроватях лежали несколько пострадавших во время нападения культистов студентов. Большинство из них крепко спали под действием зелий и заклинаний, но парочка бодрствовала. Один из них, Тимофей с желтого факультета, заметил, что я смотрю на него, и слабо улыбнулся.
— Ты крут, Лазарев, — прошептал он. — То, что ты сделал с этим Одержимым… Никогда такого не видел.
Я неловко пожал плечами. Не любил внимание такого рода, особенно когда речь шла о моей демонической стороне. Что ответишь на такое? «Спасибо, я всего лишь слился с Высшим Демоном в единое целое»? Боюсь, после такого объяснения меня самого сожгут на костре.
Раньше я просто отшутился бы или проигнорировал комментарий, но что-то в моем новом состоянии заставило меня ответить иначе:
— Ты тоже проявил себя, — искренне сказал я. — Видел, как ты защищал младшекурсников. Это было храбро.
Тимофей просиял, явно не ожидав такого ответа от меня, имевшего репутацию довольно саркастичного парня.
Я поднялся с койки, ощущая легкое головокружение, которое, впрочем, быстро прошло. Подхватив Пушистика, я наспех оделся и направился к выходу.
Школа выглядела иначе после нападения. Коридоры, обычно заполненные шумными студентами, сейчас были практически пусты. Время от времени мне попадались только группы старшекурсников, занятых восстановлением поврежденных участков здания. Некоторые использовали заклинания левитации, перемещая каменные блоки, другие ремонтировали разбитые витражи, работая в команде для достижения наилучших результатов.
Когда я проходил мимо, работа ненадолго останавливалась. Студенты провожали меня внимательными взглядами, в которых читалось уважение, смешанное с опаской. Сплетни в магическом сообществе распространялись быстрее заклинания Мгновенной Порчи, и, без сомнения, все уже знали о том, что произошло во время битвы с толпой двинутых Одержимых.
Подходя к кабинету директора, я заметил фигуру, ожидающую меня у дверей. Шумилова выглядела напряженно и устало. Ее обычно идеально уложенные волосы были небрежно собраны в хвост, а на щеке виднелся небольшой порез — след недавней битвы.
— Лазарев, — кивнула она, увидев меня. — Хорошо, что ты пришел. Прохор допрашивает Виктора в специальной защищенной комнате.
— Допрашивает? — переспросил я. — Мне бы тоже хотелось в этом поучаствовать.
Шумилова бросила на меня оценивающий взгляд:
— Ты уверен, что готов к этому? Твое состояние все еще… нестабильно.
Я почувствовал, как внутри поднимается волна раздражения. Даже после всего, что произошло, они продолжали относиться ко мне как к подростку, который не способен контролировать свои силы.
— Все в порядке, — холодно ответил я. — И хочу присутствовать при допросе. Это мой дядя, в конце концов, пусть я и знал о нем исключительно из рассказов бабушки с дедушкой.
Шумилова явно хотела возразить, но передумала. Молча кивнув, она повернулась и пошла вперед, указывая путь. Мы миновали кабинет директора и направились к запасной лестнице, которая вела в подземные уровни школы.
— Мы держим его в Зале Сдерживания, — объяснила Шумилова, спускаясь по каменным ступеням. — Это единственное место, где мы можем быть уверены, что его не найдут другие культисты, если они еще остались в пределах Новгорода.
Я никогда раньше не слышал о Зале Сдерживания, но название говорило само за себя. Судя по всему, это было место, специально созданное для удержания магических существ или людей, обладающих опасными способностями.
Мы спустились еще на несколько пролетов, и воздух стал заметно прохладнее. Стены здесь были древними, из серого камня, покрытого странными рунами, которые тускло светились в полумраке. Пушистик, все это время сидевший на моем плече, занервничал и спрыгнул на пол, но продолжал следовать за нами, настороженно принюхиваясь.
— Эти стены покрыты рунами подавления, — пояснила Шумилова, заметив мой интерес. — Они не позволяют использовать сильную магию внутри этого пространства. Любая попытка применить мощное заклинание будет блокирована и обращена против заклинателя. Правда, там тоже есть свои сложности, но тебе об этом знать не обязтально.
Наконец, мы достигли массивной металлической двери, украшенной такими же светящимися символами, как и стены. Шумилова прикоснулась к центральной руне, произнесла короткое заклинание, и дверь бесшумно отворилась.
