Халиф зарычал от бессильной злобы, но послушно принялся за новый узел. В этот момент раздался окрик Герди. Две Темные души, воспользовавшись временным включением Халифа, зашевелились, потянулись друг к другу и затем прямо на глазах у слегка очумевших зрителей слились в одну. Объединенное существо мгновенно развернулось в сторону Мечтателя и с ходу бросилось к нему. Тот сразу спрыгнул вниз со второго этажа, перекатился в сторону, гася силу удара. На место приземления глухо воткнулось нечто, похожее на длинную плеть, оставляя легкий дымный след. Затем спрыгнула и сама Темная душа. В черной рясе, с серебряными волосами в четыре косы до пят. Ага, одну из этих кос она и применила в качестве оружия. Кончики скрученных волос теперь больше походили на кинжалы, источая легкий красный свет на острие. Вот Темная душа слегка качнула головою и ее косы, удлиняясь в полете, рубиновыми стрелами ударили в Мечтателя. Тот резво извернулся, схватил с земли длинный обломок копья, брошенный кем-то из участников давильни.
Новый удар кос он принял на древко, быстро провернул, наматывая волосы. Темная душа сначала дернулась, чтобы высвободиться из захвата, а когда не удалось — метнулась к Мечтателю, целя в него острыми когтями. Для стороннего зрителя дальнейшая схватка показалась стремительным смазанным пятном. Впрочем, бой завершился ничем: вскоре оба отскочили друг от друга. Их разделяло метров пять, и они замерли, готовясь начать следующий раунд.
— Ты куда? Нельзя! — послышался злой крик сверху, где еще оставались Герди, Саша и ее отец, а также отключенный от происходящего Халиф. Раздался торопливый топот ног по деревянной лестнице и прямо к Темной душе выбежала Саша, держа перед собою в вытянутых руках веревку с каким-то затейливым узлом.
— Держи! — сказала она Темной душе, смело тыча ей узел чуть ли не в лицо.
— Саша! — окрикнул ее Мечтатель. — Это не Халиф! На нее не подействует!
— Почему? — удивилась Саша. — У меня получился очень сложный узел. Должно подействовать!
— Не подействует, поскольку Халиф — программа, а я основана на живом существе, — терпеливо пояснила легким шелестящим шепотом Темная душа. Она аккуратно взяла веревку и, даже не склонив к нему лицо с замотанными глазами, парой легких движений белоснежными пальцами развязала узел. — А теперь отойди, пока я не разорвала тебя на куски, Саша один-пять.
***
По крику магистра в шатер заглянул ординарец, заставший Рубера с лютней в руках, а Эгирэ — с кубком вина в руке и весьма румяной от оказанного ей внимания.
— Слушаю, магистр!
— Фро, представляешь, наша гостья ни разу в жизни не видела лошадей и никогда на них не каталась, — сообщил ординарцу Рубер. — Надо это исправить, подбери, пожалуйста, ей коня посмирнее и пониже. Такого, чтобы ей было по чести на нем скакать.
— Чудесно! — восхитилась Эгирэ, икнув. — Редко в каких местах Вселенной найдутся существа, понимающие честь и следующие ее законам!
— Печально, если это правда, моя дорогая, — вздохнул Рубер. — Как можно жить без чести? Не представляю! А пока мой фро, то есть, брат по оружию, ищет подходящую для вас лошадку, дозвольте выслушать сонет о синих розах под холодным осенним дождем. Между прочим — собственного сочинения!
Со стороны Краснотала раздался страшный грохот, земля под ногами вздрогнула. Потом наступили сумерки, словно солнце затмила большая черная туча. Полутьму озаряли частые яркие разноцветные вспышки — синие и красные, зарождающиеся в центре осажденного города. Временами оглушительно бахали громовые раскаты и до тыла армии Золотых знамен доходили судороги земли. Стая ворон, до последнего летавшая вокруг места сражения в ожидании пиршества, негодующе каркая, поднялась на крыло и подалась прочь.
— Часто у вас подобное происходит? — спросила Эгирэ, осторожно пробуя вино из золотого кубка, щедро налитое магистром. Рубер, не будь рядом с ним прекрасная девушка, давно бы уже выскочил на открытый воздух с дикими матерными воплями, призывая подчиненных немедленно отходить от стен, за которыми шла серьезная магическая битва. Но сейчас он старался держать марку, посему лишь небрежно позвал ординарца, велев передать приказ отойти всем штурмующим от стен города во избежание попадания под атаку колдунов.
— Честно говоря, подобной иллюминации я еще никогда не видел, — признался Рубер. — Но в любом случае, погром в городе разбушевавшимися колдунами — совсем не повод отменять нашу прогулку на лошадях, любезная Эгирэ!
— Согласна! — ответила Эгирэ. Она отпила глоток вина, глаза ее моментально разъехались, встряхнув головой, девица глупо хихикнула и отпила еще.
Хмурый ординарец спешил к шатру, держа за постромки двух самых лучших коней войска. Во время очередного бабаха из города, пролетев со свистом крутой дугой, рядом в землю воткнулся некий предмет, в коем наметанный взгляд фро Келлуга опознал наковальню. Испуганные кони дернулись было прочь, но ординарец быстро их успокоил, поспешив далее. Он с опаской косился на небо, не прилетит ли еще что: кувалда, меха или сам кузнец, чем черт не шутит.
***
