Меч и ятаган полностью

Наконец они добрались до деловой части квартала, где жили и вели свои дела торговцы, и, свернув на темную улицу, остановились перед одним из ханов, двухэтажным постоялым двором из дерева и камня с высоким фасадом. Путешествующие торговцы часто останавливались тут в отдельных комнатах. Жилые комнаты находились на втором этаже, а на первом размещались конюшни, лавки, кофейни и мастерские, где сырье обрабатывали, превращая в готовые товары для продажи на рынках.

Похоже, Искандер хорошо знал это место. Он распахнул ворота и завел Нико внутрь. Они перешагнули деревянный порог и оказались в большом внутреннем дворе. Повсюду бегали куры, блеяли овцы. В будке смотрителя у входа никого не было. Во дворе было темно и мрачно, и у Нико появилось нехорошее предчувствие, его сердце гулко ухало в груди.

Они поднялись по крутой деревянной лестнице на площадку, где путь им преградили внутренние ворота, за которыми оказались большие покои, состоявшие из двух комнат. Искандер тихо хлопнул в ладоши два раза, зашелестели занавески, и из-за них появился крупный мужчина на голову выше Искандера, с мощными мускулистыми руками. Судя по одежде, это был моряк. Он открыл ворота и пропустил их внутрь, слегка склонив голову набок. Нико понял, что мужчина – немой, и при мысли об этом у него тут же пересохло во рту. В Стамбуле, Обители Счастья, немые, как правило, занимались одним делом. Хватка Искандера ослабла, и от этого Нико стало еще тревожнее. «Возьми себя в руки», – сказал он себе и сделал глубокий вдох, пытаясь успокоиться и отогнать нарастающий ужас. Нико переступил через порог, Искандер и немой последовали за ним, не отставая ни на шаг.

Постепенно глаза Нико привыкли к сумраку. Он оказался в большой комнате, тускло освещенной двумя настенными лампами с небольшими фитилями. На полу лежали толстые ковры, стены закрывали роскошные декоративные панели, над которыми находились стрельчатые окна, обеспечивавшие приток свежего воздуха. Двускатную жестяную крышу поддерживали толстые балки. Вдоль стен, между шкафами и полками, стояли деревянные ящики и кожаные сундуки с товарами. Здесь явно жил состоятельный торговец.

Эль-Хаджи Фарук сидел спиной к гостям в дальнем углу комнаты и словно загипнотизированный смотрел на угли в жаровне. На высоком тюрбане красовался эгрет на медной булавке.

– Мир вам, эфенди, – низко поклонился ему Искандер. – Я привел к вам пажа по приказу Кызляр-аги.

Фарук не пошевелился, как будто не услышал. Искандер подошел поближе, готовясь повторить еще раз, но Фарук, все так же не двигаясь, произнес:

– И тебе мира и милости Аллаха и Его благословения.

Наконец обернувшись, торговец посмотрел на Нико, и тот похолодел от ужаса. Он сразу узнал алжирца, хотя его лицо еще больше округлилось и стало одутловатым от вина и разгульной жизни. С их последней встречи прошла целая жизнь, и вот они снова оказались рядом, преодолев сотни лиг, поэтому сначала происходящее показалось Нико нереальным. Но сомнений не было, и Нико ощутил, как от нахлынувших воспоминаний кровь застучала в висках: Мехмед и его дубинка, долгая ночь в сарае с крысами в ожидании наказания, бегущий к морю Леонардус. И Юсуф. Конечно же, Юсуф, умерший на берегу от руки Нико.

Торговцы из Алжира! Нико должен был вспомнить о Фаруке, когда Алиса рассказала ему, куда ее увозят! Но во дворец приезжало много торговцев из Алжира и множества других владений султана, к тому же Нико уже давно запретил себе вспоминать о Фаруке, да и мысль о том, что он никогда больше не увидит Алису, затмила его разум.

– Так, значит, тебя зовут Аша, юноша? Так сказал мне Кызляр-ага, – язвительно улыбаясь, заговорил Фарук. – Я ждал тебя, Аша.

Пораженный Нико попятился. Еще минуту назад он страдал из-за отсутствия выбора. Теперь выбор у него появился: смерть от руки Фарука впереди и смерть от руки Искандера за спиной. Он быстро оглядел комнату, ища какое-нибудь оружие.

Искандер сразу же почувствовал, что от Фарука исходит угроза. В обычной ситуации Искандер вышел бы и подождал снаружи, пока дело не будет сделано, но сейчас лала не собирался уходить. Да, на следующий день Аше отрубят голову, но в данный момент они находятся за пределами дворца, а значит, он несет ответственность за пажа.

– Оставь нас, – сказал Фарук Искандеру, обращаясь к нему как к прислуге. – Возвращайся в сераль. Я сам отведу мальчика обратно, когда мы закончим наши дела.

– Для этого, эфенди, – вежливо ответил Искандер, – мне необходимо разрешение Кызляр-аги, но, к сожалению, он мне его не давал.

– Кызляр-ага – мой добрый друг, – мрачно отозвался Фарук. – Он прикажет тебе сделать так, как я говорю.

– У него много друзей, эфенди, но для меня он – господин. Он дал мне все необходимые указания, – любезно улыбнулся Искандер, давая понять, что решение окончательное и обсуждению не подлежит.