"Создай побольше шума." Брим не мог вспомнить, кто снабдил его столь специфически ценной информацией, но она показалась ему надежной, и он начал то ли выкрикивать, то ли петь девиз Дхуна, в то же время постукивая рукоятью меча по превосходной оловянной фляге Гая Морлока.
Вскоре после этого Брим решил направиться на запад. Время подошло. Брим Кормак причитался Молочному Камню.
Он просчитался и слишком сильно отклонился к югу, так что теперь ему нужно было пересекать Молочную. Бедный Габби, три реки, и ему пришлось пересечь все. Переправы через реки, медведи и камышовые коты -- это, вероятно, было не слишком плохо для коня.
К счастью, Молочная была спокойна. Весенняя оттепель не влияла на нее так сильно, как на другие реки. Ее воды побелели, но поднялись невысоко. Легенда гласила, это оттого, что Молочная бежала через ущелье, где суллы когда-то добывали в руднике молочный камень. Ни один ныне живущий кланник не знал, было это правдой или нет, так как никто не мог пробраться в чащи Руинвуда, через которые протекала Молочная река. "Почему кто-нибудь не поднимется вверх на шестах?" - спросил однажды Брим Гая Морлока. Гай брезгливо поморщился невежеству Брима. "Ты пробовал когда-нибудь идти против течения на шестах? Ты же вымокнешь!"
Брим выбросил из головы воспоминание об отталкивающем смехе Гая. В то время как он стоял и раздумывал на речном берегу, над Молочным домом поднялась полная луна. Это было безумно красивое зрелище -- жемчужный купол круглого дома под красной луной. Брим щелкнул коню языком: "Да ладно, Габби, давай посмотрим, сможем ли мы разбудить кого-то из Молочного, и получить для тебя сена."
Бриму было удивительно самому, что он смог прибыть к воротам Молочного, не требуя охраны. Тем не менее, как только он постучал по покрытому перламутровыми раковинами дереву, дверь распахнулась, и он понял, что не претендующий на охрану и не охраняемый -- это разные понятия. Большой и грубый кланник Молочного с седыми коротко остриженными волосами и с татуировками поднял свои голые мускулистые руки, приветствуя Брима:
- Ты родственник Робби?
Брим кивнул, удивленный и тем, что его знают, и тем, что его ждут. Воин Молочного держал ярко горящий керосиновый факел, и Брим был поражен тем, как человек позволяет пламени находиться так близко к его коже.
Взглянув через плечо Брима, он кивнул:
- Я вижу, ты привел одного из наших коней обратно. Оставь его там. Я пришлю конюха.
Ну конечно, Габби был конем Гая Морлока, а Гай из Молочного. Или был из Молочного.
- Давай проходи, - сказал воин, мотнув подбородком внутрь круглого дома. - Ночью ты никого не увидишь. Я принесу тебе поесть, что осталось, и найду постель.
Брим прошел за мужчиной внутрь. Чтобы осветить небольшую прихожую в форме рога, много света не требовалось, хватало нескольких прикрытых свечей, свисающих со стен на цепях. Молочный камень был удивительной вещью. Днем, казалось, он запасает свет, а ночью -- отдает обратно. У Брима было мало времени, чтобы задавать вопросы, потому что воин уже исчез за углом, и Брим знал, что если не будет следовать за ним вплотную, то потеряется. Первый этаж Молочного дома был построен как лабиринт, чтобы запутать врагов, а для неопытного глаза каждый поворот и каждый коридор выглядели одинаково. Он бывал здесь раньше, в ту ночь, когда его брат вел переговоры о помощи людьми с Враэной Молочный Камень, вождем Молочного, но это все еще выглядело новым для него. Где-то на этом этаже, он знал, должны быть залы и комнаты, но все, что он пока видел, это бесконечные коридоры и единственная белая дверь.
Воин провел его через круглый дом и затем наружу с другой стороны к кухонным помещениям, которые были пристроены к внешней стене. Полдюжины длинных дубовых столов стояли бок о бок с дощатыми скамейками, бегущими между ними. Около трети из них были заняты молочанами, мужчинами, женщинами и детьми, которые ужинали, кидали кости, пили пиво, начищали доспехи, точили ножи и шили одежду. Матери заплетали детям волосы, разговаривая со ртами, полными шпилек, с другими матерями. Кто-то уговаривал ребенка съесть ложку комковатой овсяной каши. Несколько кухонных работниц красиво сидели, полируя ногти кусочками войлока и хлопая звездочки засахаренного аниса слегка подкрашенными губами. Все оставили свои дела, чтобы обернуться и взглянуть на Брима.
- Ради Ионы! С братом Робби все в порядке. Вы всё увидели, теперь можете вернуться к ... своим, - сопровождающему Брима воину не хватило слов, и он объединил всех жестом своей большой мускулистой руки, - повседнюшкам.
Стол, за которым сидели воины Молочного, взорвался хохотом.
- Повседнюшкам, Пол? - откинулся какой-то крупный, седоватый воин-топорщик, - эт-то для меня что-то новенькое. - Смех стал еще громче, и теперь к нему присоединились и женщины с детьми.
Пол посмотрел назад; он не казался особенно раздосадованным.
- Давай, парень, - сказал он Бриму. - Ужинай. Усаживайся туда, а я посмотрю, что может предложить кухарка.
