– К тому же лучшие рынки находятся за городскими стенами, – добавила одна из девочек. Она имела в виду саксонское поселение, раскинувшееся к западу от римских стен. Народ предпочитал селиться там, подальше от призраков Лундена.
– Что нужно? – спросил у меня отец Ода.
– Эль, хлеб, сыр, копченая рыба. Что угодно.
– Я пойду, – заявила Бенедетта.
Я покачал головой:
– Для женщины пока небезопасно высовываться. Может, завтра, когда немного поуляжется.
– В обществе священника ей ничего не будет угрожать, – возразил отец Ода.
Я посмотрел на него. Единственным источником света в подвале служила трещина в потолке, выполнявшая также роль дымохода.
– Господин, костер мы разводим только по ночам, – объяснил мне Алдвин. – И дыма пока никто не заметил.
– Отче, тебе нельзя идти, – отрезал я.
– Почему? – вскинулся священник.
– Тебя знают. Ты ведь из Восточной Англии.
– С тех пор я отрастил бороду, – спокойно возразил он. Борода была короткая, аккуратно подстриженная. – Тебе придется либо отпустить нас, либо умирать с голоду. И даже если меня поймают, что они сделают?
– Убьют, – ответил Финан.
Тень улыбки коснулась лица датчанина.
– Это лорд Утред известен как убийца священников, а не лорд Этельхельм.
– Тогда как они с тобой обойдутся? – осведомился я.
– Или отпустят, или, скорее всего, отошлют к лорду Этельхельму. Олдермен зол на меня.
– На тебя? Почему?
– Потому что я некогда служил ему, – невозмутимо ответил отец Ода. – Был у него духовником. А потом ушел.
Я удивленно воззрился на него. Во время первой нашей встречи Ода сопровождал Осферта, союзника Этельстана, а теперь вот я узнал, что он некогда состоял на службе у Этельхельма.
– Почему? – спросил Финан.
– Он потребовал, чтобы мы все присягнули на верность принцу Эльфверду, а, по совести, я не мог сделать этого. Эльфверд – жестокий, извращенный мальчишка.
– А теперь еще и король Уэссекса, – добавил Финан.
– Почему лорд Утред и находится здесь, – продолжил Ода, по-прежнему спокойно. – Вскоре убийце священников предстоит стать и убийцей королей.
Он перевел взгляд с меня на Осви.
– Ты пойдешь с нами, – сказал дан ему. – Но без кольчуги и без оружия. Я священник, леди Бенедетта будет изображать мою супругу, а ты – нашего слугу. Нам предстоит закупить еды и эля для братьев Святого Эркенвальда.
Мне было известно, что в восточной части города находится монастырь, посвященный святому Эркенвальду.
– Ты, малец, – Ода указал на Алдвина, – пойдешь за нами до городских ворот и, если караульные остановят нас, вернешься сюда с вестью. Ну а ты, лорд, – он улыбнулся мне, – снабдишь нас деньгами.
При мне всегда имелся кошель с монетами, тяжелый кошель. Я подозревал, что он изрядно полегчает, прежде чем мне удастся найти способ выбраться из Лундена. Я отсыпал отцу Оде пригоршню серебряных шиллингов. Мне не хотелось отпускать с ним Бенедетту, но Ода напомнил, что женщина и священник в паре успокоят любые подозрения.
– Лорд, они ведь будут искать воинов, а не женатую пару, – сказал он.
– Все равно для женщины это опасно, – не сдавался я.
– Разве только мужчины имеют право бороться с опасностью? – с вызовом спросила итальянка.
– Ей не причинят никакого вреда, – твердо заявил Ода. – Если кто-то обидит ее, я пригрожу ему адским пламенем и бесконечными сатанинскими пытками.
Меня всю жизнь сопровождали эти угрозы, и вопреки вере в древних богов я все равно ощущал холодок страха. Рука моя коснулась молота.
– Ладно, ступайте, – разрешил я.
Они ушли и три часа спустя благополучно вернулись с тремя мешками еды и двумя маленькими бочонками эля.
– Господин, никто за ними не следил, – заверил нас Алдвин.
– Трудностей не возникло, – с обычным своим спокойствием известил Ода. – Я переговорил с начальником караула у ворот, и он сказал, что в городе сейчас четыре сотни воинов и еще больше на подходе.
– Морем? – уточнил я, опасаясь за «Сперхафок».
– Он не сообщил. Лорда Этельхельма здесь нет, как и короля Эльфверда. Насколько ему известно, эти двое до сих пор в Винтанкестере. Командует новым гарнизоном лорд Варин.
– Которого мы видели вчера.
– Вот именно.
– Хорошо бы подышать настоящим воздухом, – с тоской промолвила Бенедетта.
Тут она определенно была права – от выгребной ямы воняло нестерпимо. Я сидел на сыром полу, прислонив голову к влажным кирпичам, и размышлял, как ярл Утред, лорд Беббанбургский, дошел до такой жизни. Беглец, прячущийся в лунденском подвале с горсткой воинов, попом, рабыней королевы и шайкой оборванных сорванцов. Я коснулся молота на груди и закрыл глаза.
– Нужно убираться из этого проклятого города, – проворчал я.
– Стены охраняются, – предупредил отец Ода.
Я открыл глаза и посмотрел на него:
– Ты сказал, что их четыреста. Маловато.
– Как? – удивилась Бенедетта.
– Стены Лундена имеют в окружности мили две, не так ли? – Я взглянул на Финана, который согласно кивнул. – И это не считая той, что выходит на реку. Четыреста человек не способны защищать стену протяженностью в две мили. Чтобы отбить атаку, потребуется две с половиной тысячи воинов.
– Но четырех сотен вполне достаточно, чтобы перекрыть ворота, – негромко заметил Финан.
