Я приподнялся на локте, имитируя слабость, и медленно начал снимать с указательного пальца перстень рода Рокотовых. Глаза коротышки так и вспыхнули. Интересно, сколько дядя ему заплатил? И какую сумму этот пухлый прыщ еще может выпросить? Наверняка будет расписывать, как долго он меня уламывал.
Когда я снял перстень и положил на заранее подготовленное блюдечко, доктор, абсолютно меня не стесняясь, алчно схватил эту маленькую регалию рода Рокотовых и быстро вышел из палаты. Медсестра растерянно посмотрела ему вслед и тоже поспешила на выход.
Я и сам не заметил, как начал отождествлять себя с Александром теперь уже Беловым. Это получилось как-то само собой. Я просто вжился в его роль за два дня транса. Точно так же, как до этого вживался в роли других людей, для выполнения очередного задания.
Надев на палец перстень рода Беловых, я откинулся на спинку кровати и начал обдумывать свои дальнейшие действия.
А примерно через час ко мне заявился мой, как выразился доктор, благородный дядюшка. Его обрюзгшее лицо было подернуто печатью высокомерного чванства. Не снизойдя до приветствия, он остановился возле двери и окинул меня насмешливым взглядом.
— Ну что, щенок, допрыгался? — процедил он сквозь зубы. — Теперь и ты, и твой отец наконец-то получили по заслугам.
Он приблизился к моей кровати и кинул на стол какой-то сверток.
— Здесь твои документы, билет на поезд до Казани и деньги. До своего нового имения как-нибудь сам доберешься. И чтоб я больше тебя здесь не видел. Иначе быстро устрою тебе встречу с твоим папашей.
Он наклонился ко мне и злобно прошептал, брызгая слюной:
— Надеюсь, мы друг друга поняли?
Если бы этот подонок знал, с кем сейчас общается, то не вел бы себя так по-идиотски. Близко походить ко мне, а уж тем более наклоняться, открывая незащищенную гортань, было верхом безрассудства. Ну ничего, пусть пока живет. Мое преимущество в том, что он считает меня никчемным слабаком. Пусть так и будет. Пока я ему это позволяю.
— Да, дядя, — испуганно ответил я, стараясь не смотреть ему в глаза.
На миг мне даже показалось, что он немного опешил. Однако, в следующий момент его лицо исказила злорадная ухмылка. Он еще с минуту посверлил меня надменным взглядом, потом медленно повернулся и вышел из палаты.
Вскоре ко мне вновь заявился толстенький доктор. Уставившись на меня с напускным безразличием, он холодно произнес:
— Это платная клиника, ваше сиятельство. Сегодня последний проплаченный день. Если у вас нет возможности здесь оставаться, то я могу перевести вас в бесплатную лечебницу.
А вот перед этим толстым карликом я точно больше стелиться не намерен. Он свою роль уже выполнил. Теперь дядя его к себе на пушечный выстрел не подпустит.
— Сегодняшний день проплачен, вы говорите? — не менее холодно спросил я.
От резкой перемены моего тона доктор на секунду замешкался. Потом взвесив, видимо, все за и против, он решил перейти на более покладистый тон.
— Да, ваше сиятельство.
— Обед, я надеюсь, в оплату входит? — добавляя стали в голос, спросил я.
— Да, ваше сиятельство, — еще более смиренным голосом ответил коротышка.
Я взглянул на часы и нахмурился.
— Уже четвертый час дня, а мой желудок утверждает, что оплаченный обед до него так и не дошел.
— Сию минуту, ваше сиятельство. — Доктор поклонился и поспешно вышел из кабинета.
Пока распоряжались насчет обеда, я развернул дядин сверток и просмотрел его содержимое: паспорт, документы на имение и графский титул дома Беловых, сто рублей денег и билет на поезд от Москвы до Казани.
И вот здесь мое внимание привлекли два момента. Во-первых сумма, оставленная дядей, ну никак не позволила бы мне прожить в столице даже две недели. Намек был на то, чтобы я убирался отсюда как можно скорее. Учитывая, что даже по приблизительным оценкам состояние моего отца составляло около полумиллиарда, откуп от бывшего наследника размером в сто рублей был изощренной формой издевательства.
Ну а вторым моментом, который меня весьма заинтересовал, был билет на поезд. Выкуплено целое купе премиум-класса на одного человека. Не знаю уж на что тут рассчитывал дядя, но даже идиот, мне кажется, не повелся бы на этот аттракцион невиданной щедрости. Если тебя сажают одного в люксовое купе, которых в вагоне премиум класса всего три, а оставшиеся два, скорее всего, будут не заняты, то тут уж точно жди какого-нибудь подвоха. Не ровен час, под конец поездки тебя найдут в своей кровати мирно спящим вечным непробудным сном.
Значит он все-таки не отказался от мысли убить меня? Тогда к чему весь этот спектакль? Он мог бы спокойно это сделать, когда я лежал в импровизированной коме. Хотя… Дядя далеко не дурак, и понимал, что доктору я нужен живым. Это сулило огромные барыши победителю черной метки. Гораздо проще было убить меня потом, когда я буду достаточно далеко от столицы, чтобы уж никакая тень подозрения не упала на моего благородного родственничка.
