Понятное дело, что я еще точно не знал, что происходит с внутренними органами монстров под воздействием призрачного кинжала, но все-таки надеялся, что они остаются целыми. С другой стороны, я не был уверен, что кинжал убьет медведя третьего уровня, поэтому решил, что совету Ярцева все-таки стоит последовать, но с небольшой оговоркой.
— Я его выведу к БМП, но сначала сам попробую его убить. Если не получится, тогда расстреляем из пушки.
Виктор Петрович согласно кивнул и скомандовал своим бойцам держать, на всякий пожарный, зверя на мушке. После этого вся наша процессия двинулась через лес.
Я первый раз руководил передвижениями подчиненного зверя. Это была та еще задачка. Нужно было одновременно и шагать самому, и представлять, как это делает медведь. Учитывая, что зверь ходил на четырех лапах, сделать это было весьма непросто.
В конце концов после того, как медведь пару раз попытался пошагать на задних лапах и неизменно после этого заваливался на бок, я плюнул на избранный мной метод и подошел к делу более основательно.
Пройдя с десяток шагов, я останавливался и только после этого представлял, как зверь идет за мной следом. Правда нормальной походкой это назвать было нельзя. Медведь скорее полз, проламываясь через подлесок, и выглядело это со стороны довольно комично.
Но, как бы там ни было, через десять мучительных минут мы, наконец-то, вылезли на лесную поляну, где стояла готовая к бою БМП. Медведя к этому времени было не узнать. Он весь был в траве, ветках и каких-то длинных коричневых ошметках, по всей видимости, оторванных щупальцах жгутохватов.
Зверь остановился у лесной кромки и посмотрел на меня безучастным взглядом. Мы с Ярцевым тем временем забрались на броню, а трое бойцов заняли свои места в БМП. Когда все были готовы, я почерпнул из шрама энергию пустоты и выстрелил в медведя призрачным кинжалом. Но то ли я сам что-то неправильно сделал, то ли действительно мощности заклинания не хватило, но медведь вдруг яростно зарычал и сорвался с поводка.
Я загодя просчитал такой вариант развития событий и морально был к нему готов. Заранее отдав приказ бойцам в бэхе, чтобы они не открывали огонь, пока зверюга не приблизится хотя бы на половину разделяющего нас расстояния, я быстро зачерпнул еще силы и метнул в медведя очередной кинжал. Чувствовалось, что это заклинание вышло слабее предыдущего — энергия пустоты у меня почти закончилась. Слишком много я ее потратил, когда выводил зверя из леса.
Однако, когда мой второй призрачный клинок вошел медведю в область сердца, он внезапно остановился, поднялся на задние лапы, испустил громогласный рык и, как подкошенный, рухнул на землю.
На этот раз меня едва не оглушило налетевшим от монстра вихрем. Пришлось приложить немалые усилия, чтобы пошедшая кругом голова и внезапное потемнение в глазах не заставили меня грохнуться с брони на землю. Зато весь доступный объем резервуара энергии пустоты был мгновенно заполнен. А моментальная прокачка до уровня двадцати процентов от последней десятой ступени сразу вернула мне бодрость и присутствие духа.
И вишенкой на торте стал мертвый огненный медведь третьего уровня без каких-либо внешних повреждений. Одним словом, сегодняшняя охота вполне удалась.
Оставалось только вернуться за телами лисы и мыши, что мы, в общем-то, сразу и сделали. На нашем пути в этот раз не попалось ни одной даже самой незначительной аномальной зверюшки. Оставалось только гадать, в чем была причина этого странного явления. Возможно, что заклинание отпугивания как-то на это повлияло, либо всему виной был ужасающий рык огненного медведя.
Через полчаса, погрузив всех убитых монстров на броню, мы выдвинулись к имению графа Рогожина. Следуя нашим с ним договоренностям, я зарегистрировал у интенданта всех добытых зверей и выплатил за них требуемую сумму, которая составила чуть меньше восьмидесяти рублей.
Здесь же, в казарме, я созвонился с дежурным бойцом нашего гарнизона и приказал подготовить и отправить рефрижератор к графу Рогожину. У него к тому времени скопилась приличная партия тел монстров. Интендант, узнав, что я планирую сегодня их забрать, быстро прикинул что-то в уме и, взглянув на меня своими заплывшими жирком поросячьими глазками, сказал:
— Ваше сиятельство, тут ведь у нас товара-то на приличную сумму. Это вам не дохлых медведей по лесам собирать.
Я чуть не поперхнулся от наглости служивого. Он, похоже, решил, что раз на телах наших монстров нет ран, то мы их издохшими нашли. А свой, местами доведенный до состояния фарша, товар он конечно же считает на вес золота.
Насчет медведя я его, конечно, разубеждать не стал, иначе мне пришлось бы доплачивать за него, а вот во всем остальном надо было поставить наглеца на место.
