Хорошо, подумал я про себя, значит, если повезет, то подозрения на водителя не упадут. Хотя бы со стороны покупателя кристалла. А если он еще и не успел за него заплатить, то и дергаться особо не будет. Потеря людей — это, конечно, тоже ощутимый удар, но для толстосумов всегда важнее состояние их кошелька, чем жизни подчиненных.
А вот Волков — другое дело. Он попытается все свалить именно на Дмитрия. И, конечно же, захочет причинить ему как можно больше страданий и, желательно, с летальным исходом. Но уж с угрозой со стороны Волкова мы тут как-нибудь справимся. Об этом я сильно не переживал.
Теперь надо было решить, как быть с кристаллом. Продавать его было чистым самоубийством. Обманутый покупатель, если он не совсем идиот, сразу поймет, откуда ноги растут.
Но, в общем-то, я и не собирался его продавать. Кристалл был мне нужен совершенно для других целей. Но трогать его пока не стоило. Надо подождать, как минимум месяц, пока шумиха не уляжется, и только после этого отправляться за ним.
— Он надежно спрятан? Скажем, месяц там пролежит?
— Да, ваше сиятельство. Я в этом уверен. — Дмитрий решительно кивнул.
— Отлично. Тогда пока подождем. А потом надо будет думать, как переправить его через стену.
— Вот здесь, к сожалению, ничем помочь не могу, — развел руками Дмитрий. — Все вопросы по пересечению стены решал непосредственно Волков. Я с его подачи всегда проезжал без досмотра.
— Я что-нибудь придумаю, Дмитрий Владимирович, не переживайте, — успокоил я Белозерова. — А теперь хотелось бы услышать, что вы решили по поводу моего предложения? Останетесь жить у меня или поедем завтра смотреть дом? Учитывая ценность припрятанного вами кристалла, я вам еще и должен останусь весьма кругленькую сумму.
— Мне ничего не нужно, ваше сиятельство, — ответил Белозеров. — Жизни моей жены и дочерей… Каждая из них бесценна. Дороже всех кристаллов диких земель. Так что, получается, это я ваш должник. А насчет места жительства: не хочу вас утруждать своим здесь присутствием, да и мне попроще будет в отдельном доме.
— Хорошо. Тогда решено: завтра едем в Трофимово. А скажите, Дмитрий Владимирович, у вас осталась лицензия на охранную деятельность?
— Да, конечно, ваше сиятельство. Барон Пичугин выдал мне бессрочную. Она действует на всей территории приграничья.
Я удовлетворенно кивнул и сказал:
— Я вот почему, спросил. Как вы знаете, жителям приграничных земель не разрешается иметь при себе оружие. Его могут носить только те, кому положено по должности. А я хочу, чтобы оружие у вас всегда было при себе. Поэтому я вам предлагаю два варианта. Вы можете открыть у меня в поселке свой прошлый бизнес: частное охранное агентство. Деньгами я помогу. Или же можете влиться в состав моего гарнизона на офицерскую должность. Зарплатой в этом случае также не обижу.
Я замолчал и вопросительно посмотрел на Дмитрия.
— Ваше сиятельство, — ответил он, морща лоб, — время уже позднее, а день сегодня был очень тяжелым. Можно до завтра подумать?
— Конечно, Дмитрий Владимирович. Что-то я действительно слишком уж вас задержал, — ответил я, глянув на часы. — У вас, наверное, никто не ложится. Все вас ждут.
Я встал из-за стола и пошел к дверям кабинета. Выйдя в приемную, я глянул на идущего за мной Дмитрия и сказал:
— Завтра, даже если по старой привычке рано проснетесь, не будите своих, пусть выспятся. Вы же можете прогуляться до казармы, посмотреть на жизнь гарнизона. У меня утром назначена одна деловая встреча, а потом, как все проснутся и позавтракают, поедем в Трофимово.
На том мы с ним и порешили, а потом, распрощавшись, разошлись по своим комнатам.
Утро у графа Волкова Олега Игоревича не задалось с самого начала. Мало было того, что ночью он почти не спал, понимая какой непозволительный прокол допустил в своих бывших владениях. Так еще и его кофе полностью остыл, пока граф, совершенно забыв о времени, отсутствующим взглядом смотрел в окно своего кабинета.
Едва дотронувшись краешками губ до своего любимого утреннего напитка, он понял, что день окончательно испорчен. Отставив так и не начатую чашку обратно на стол, Волков принялся мерять комнату нервными шагами.
Он никак не мог понять, как этому молокососу, графу Белову, удалось выйти сухим из воды, да еще и оставить его без пары пятиуровневых монстров и двух опытных боевых звеньев на пикапах. А теперь еще и эта комиссия из столицы. И, как назло, остались ниточки, которые могут привести к нему.
А в довершение ко всему куда-то запропастился его адвокат, который со вчерашнего вечера перестал выходить на связь. Все эти одновременно произошедшие события окончательно выбили графа из равновесия и ввергли его в крайнюю степень неврастении.
В дверь кабинета постучали. Через мгновение она открылась и на пороге появился невозмутимый и флегматичный дворецкий Леопольд.
— Еще кофе, ваше сиятельство? — сухо спросил он и уперся в графа своим неизменно холодным взглядом.
— Да, пожалуй. И забери отсюда это, — граф раздражительно махнул в сторону остывшей чашки.
