— Вот и славно, граф. Тогда позвольте вас проводить до ваших апартаментов. К обеду вас позовет слуга, — сухо улыбнувшись, ответил Андрей Филиппович.
Оставшись один в своих комнатах, я тщательно осмотрелся, по привычке отмечая места, где могли с большой вероятностью располагаться скрытые камеры и микрофоны. Здесь следовало вести себя весьма осторожно, но при этом стараться быть естественным и не вызывать лишних подозрений.
В моем распоряжении была большая гостиная и спальня. Богато мебелированные и отделанные комнаты располагались на втором этаже. Все окна выходили в сад, по дорожкам которого среди аккуратно постриженных кустов и ветвистых фруктовых деревьев мерно прогуливалась охрана.
Я отошел от окна, лениво взял с журнального столика свежий номер Казанских губернских новостей и, удобно устроившись в кресле возле окна, сделал вид, что погрузился в чтение. Но, увидев кричащий заголовок на передовице, перешел к более внимательному изучению газеты. Название статьи звучало совершенно в духе вчерашней выскочки-репортерши: «Авантюрист или герой? Кто вы, граф Белов?»
В статье для начала подробно описывалась официальная версия событий, произошедших на моих землях, где ключевой фигурой и легендарным победителем был генерал-майор Жохов, а потом в двух коротеньких абзацах в весьма скептическом ключе приводилось мое видение этих событий. А дальше шла вода из размышлений и домыслов весьма недалекой репортерши. Эта часть в некоторых местах заставляла меня усмехаться и качать головой. Так это было неказисто и слишком уж вычурно написано.
Но, как ни крути, именно на это и клюют читатели. Так что, если особо не придираться, то статья была написана довольно умело, хотя и не шла ни в какое сравнение с теми перлами, которые порой выдавали столичные репортеры.
Единственное, что откровенно радовало, так это отсутствие прямых утверждений в лживости моей версии событий. В статье этот вопрос оставлялся открытым, предоставляя читателю самому решать, где правда, а где вымысел. И это, по-моему, был уже значительный шаг вперед.
Когда я спустился к обеду в сопровождении лакея, то оказался в довольно уютной столовой. Одновременно со мной из противоположной двери вышел граф Доронин. Он радушно мне улыбнулся и указал на место слева от центрального, которое, по всей видимости, предназначалось для хозяина.
— Присаживайтесь, Александр Николаевич. Его превосходительство скоро будет.
Сам он тем временем уселся по правую руку от пустующего места. Тут же нам налили по бокалу вермута в качестве аперитива. Граф Доронин сделал маленький глоток и завел со мной легкую беседу на абсолютно отвлеченные темы. Мы поговорили о погоде, здоровье, столичных нравах, глобальном потеплении и прочих мелочах. Одним словом, разговор наш был абсолютно ни о чем и предназначался лишь для того, чтобы скоротать время до появления генерал-губернатора.
Опоздав, как и положено влиятельному человеку, минут на двадцать, не более того, в дверях наконец-то явился князь Зубов. Вошел он бодрым шагом, на лице его играла приветливая улыбка, а голос был басовитым и довольно располагающим. После того, как мы были друг другу представлены, генерал губернатор, попытавшись изобразить сожаление в голосе, сказал:
— Господа, прошу прощения, что заставил вас ждать. — Он дал нам знак рукой присаживаться обратно на свои места, а затем подошел и удобно устроился между нами во главе стола. — Надеюсь, вы не скучали в мое отсутствие? — И он оглядел нас хитрым смеющимся взглядом.
— Нисколько, ваше превосходительство, — тут же откликнулся Доронин, — граф Белов оказался весьма интересным собеседником, наделенным, несмотря на свой юный возраст, необычайно высоким умом.
— Весьма польщен столь высокой оценкой, граф, — подключился я к разговору. — Особенно из ваших уст. Ведь поговаривают, что вы весьма разборчивы в людях и невероятно бережливы на комплименты.
Генерал-губернатор довольно рассмеялся.
— Смотрите, Андрей Филиппович, он так и вас за пояс заткнет. Очень уж метко выражается.
Граф Доронин в ответ широко улыбнулся, но в глазах его на мгновение мелькнул недобрый огонек.
— Ну что ж, господа, приступим к трапезе. — Князь Зубов энергично потер руки. — А после пожалуйте в гостиную. Там нас ждут великолепные кубинские сигары, отменный коньяк и приятная беседа.
Насчет последнего пункта я не был уверен, что он будет приятным. Но это хотя бы означало, что обед пройдет в хорошем настроении, а серьезный, или точнее, как его назвал граф Доронин, конфиденциальный, разговор состоится позже.
Обед был вполне себе ничего. Блюдам, конечно, не хватало капельки домашнего уюта, как у Марфы Васильевны, но зато от изысканности деликатесов стол просто ломился. Князь был весьма разговорчив и, как мне показалось, слишком уж деланно легкомыслен. Он явно хотел произвести впечатление добродушного и дружелюбного хозяина. Но я точно знал еще по своей прошлой жизни, что это была лишь маска, за которой скрывается хладнокровный и опасный хищник.
