— Что же вы, господа, в самом деле? Граф всего лишь немного прибрался в комнате, а вы — за оружие. Негоже так портить мою репутацию. — Охранники тут же убрали пистолеты и вновь прикинулись неподвижными изваяниями. — Покорнейше прошу их простить, Александр Николаевич. Они, знаете ли, порой чересчур хорошо выполняют свою работу. Но, с другой стороны, их можно понять. В этом деле лучше лишний раз перестраховаться, особенно учитывая те угрозы, которыми вы сыпали в адрес этого замечательного места. — В благодушном тоне графа Гурова не было и намека на угрозу или хоть какую-то неприязнь.
Увидев реакцию графа и услышав его слова, я понял, что угроза хотя бы временно миновала. Меня не очень-то устраивала та игра, которую вел со мной Василий Андреевич. Но, с другой стороны, я понимал, что здесь он был полностью в своем праве. И для формального объяснения своего поступка он не зря намекнул на мои недавние агрессивные заявления.
Смягчившись в лице, я сдержанно улыбнулся и, оглядев окружающую меня убогую обстановку, как ни в чем не бывало произнес:
— Я, конечно, предполагал, Василий Андреевич, что вы можете быть весьма непритязательным человеком, но не думал, что до такой степени. — В моем голосе прозвучало нескрываемое удивление.
— Прошу за мной, Александр Николаевич, — все также натянуто улыбаясь, сказал граф Гуров.
Он двинулся в сторону неприметной двери, завешанной звериными шкурами. Войдя в нее, мы попали в небольшой коридор, по обе стороны которого находилось еще по одной двери. Я старался все время быть начеку. Граф Гуров уже успел мне доказать, что полон сюрпризов, и, отнюдь, не всегда приятных. Охранники следовали за нами, держа дистанцию и прожигая мой затылок пристальными взглядами.
Василий Андреевич повернулся к одной из дверей и открыл ее, демонстративно отойдя в сторону, чтобы я мог рассмотреть содержимое помещения. Я несколько удивился, когда заглянул внутрь и увидел вполне себе обычный деревенский туалет с круглым отверстием в полу, ведущим в выгребную яму.
Похоже, что неприятные сюрпризы еще не закончились, подумалось мне. Я даже не стал строить догадок, зачем меня сюда привели. От графа можно было ожидать чего угодно. Похоже, что он затеял игру на контрастах, пытаясь проверить меня на психологическую и моральную устойчивость.
Граф Гуров, видимо, только этого и ждал. Заметив мое тревожное напряжение, он громко рассмеялся. Потянувшись рукой, граф нажал какую-то неприметную выпуклость в дверном косяке. В тот же миг внутреннее убранство туалета неузнаваемо изменилось. Снизу медленно поднялась кабина лифта, сдвигая вверх неприглядный муляж с большим отверстием посередине.
И надо сказать, что лифт оказался весьма просторным, а также блистал чрезвычайно богатой внутренней отделкой. Мы все вчетвером вполне спокойно поместились внутри. Когда двери закрылись, кабинка медленно поползла вниз. Опустились мы примерно на два этажа.
— Что ж, граф, а вот и моя скромная обитель, о которой я вам говорил, — с легкой толикой тщеславия в голосе заявил Василий Андреевич, показывая в сторону неспешно открывающихся дверей.
Перед моими глазами предстало воистину царское убранство большой гостиной, в которой вместо окон были установлены большие экраны, имитирующие в данный момент вид на солнечное морское побережье. В комнате было свежо и пахло морем. Я даже приблизительно не мог представить во что графу обошлось это подземное пристанище. И самое главное, я не совсем понимал, за счет какого источника энергии это все функционирует.
— Это потрясающе, Василий Андреевич, — вполне искренне заявил я, оглядываясь по сторонам. — У вас тут что, портативный ядерный реактор где-то припрятан?
— Вот уж не ожидал, Александр Николаевич, что вы начнете с такого сугубо практического вопроса, — удивленно произнес граф Гуров. — Ядерный реактор в диких землях, над колоссальными скоплениями этериума? Помилуйте. Я не самоубийца. Это всего лишь мое небольшое ноу-хау. Один чудесный и непозволительно редкий артефакт плюс генератор на этериуме и вуаля! — сказка становится былью. — И он демонстративно развел руками по сторонам.
— Оказывается вы не только успешный предприниматель, но еще и блестящий ученый! — решил польстить я графу. И попал точно в цель.
Подбородок удачливого артефактора сразу горделиво задрался, нижняя губа несколько выпятилась, и граф важным голосом заявил:
— Чтобы воспарить над обыденностью надо быть как минимум разносторонней личностью, и не тратить попусту время. — Он немного помолчал, глядя на меня мудрым и покровительственным взглядом, а потом вновь натянул на лицо радушную улыбку и сказал: — Но, прежде чем мы продолжим наш приятный во всех отношениях разговор, позвольте я вам покажу вашу спальню. — И граф направился к отделанной золотом двери в противоположной стене гостиной.
