— В бизнесе, как и в политике, важно играть на опережение и уметь блефовать, — с легкой усмешкой ответил я. — Да и к тому же эти монстры, — я указал на медведя и сколопендру, — полностью подчиняются мне. — И я заставил многоножку перевернуться на спину и замереть в весьма покорной позе. — Их глаза — мои глаза, их орудия нападения — мои орудия. И в крайнем случае от этих монстров пострадали бы только зачинщики драки, которую, если вы всё сами слышали, начал отнюдь не я.
Рыжебородый после этих слов гневно осклабился и еще раз громко сплюнул на землю. Граф Гуров, услышав этот звук, неприязненно поморщился.
— В чем-то вы правы, молодой человек. Некоторым из находящихся здесь не мешало бы поучиться хорошим манерам. — Рыжебородый тут же побледнел, но ответить ничего не посмел. Было видно, что авторитет графа здесь неоспорим и непреложен. — С кем имею честь? — спросил, внимательно разглядывая меня, Василий Андреевич.
— Мое имя слишком незначительно и никому неизвестно, милостивый государь, — с легким поклоном ответил я, незаметным движением руки переворачивая родовой перстень камнем внутрь. — Вряд ли оно что-то вам даст, кроме еще одного набора звуков, которые будет лень запоминать. Так что будет проще, если я для вас останусь просто инкогнито.
— Хм. — В глазах графа промелькнуло удивление. — Однако я слышал, как вас назвали Серым Призраком. Это прозвище, знаете ли, очень известно в некоторых узких кругах. Хотя, признаться, вы совершенно не похожи на того, кто его носил.
— Вероятно, это какое-то нелепое совпадение. Я и сам, признаться, уже не рад, что назвался этим прозвищем. Но надо же было как-то назваться, чтобы меня отрекомендовали здешнему, кхм, атаману — я непринужденно пожал плечами. — И это было первое, что на тот момент пришло мне в голову.
— Ну что ж. Пусть будет, Серый Призрак, — усмехнувшись ответил мой собеседник. — Хотя что-то мне подсказывает, что мы с вами уже раньше встречались, молодой человек. Только вот никак не могу припомнить, где. — Он немного помолчал, сверля меня пристальным взглядом, а потом с легким поклоном, весьма меня удивившим, представился: — Граф Гуров Василий Андреевич. Нахожусь здесь по просьбе моего клиента для оценки качества артефакта.
Еще больше меня удивило, что граф назвал мне свое настоящее имя. Это было очень необычно, учитывая, где мы находимся. Отношения с людьми, хоть как-то связанными с дикими погонщиками, в империи не приветствовались, а после недавних событий вообще могли оказаться под запретом. Граф Гуров не мог этого не знать. К тому же это был лагерь контрабандистов, а наказание за контрабанду было очень жестким, вплоть до смертной казни. Хотя, по прошлой своей жизни я знал, что услугами лихих торговцев из диких земель негласно пользовались многие аристократы из высшего света, включая даже императорскую семью.
Граф двинулся к сумке с артефактом. Я понимал, что присутствие такого высокопоставленного человека меняет правила игры, и никто сейчас не посмеет открыть огонь. Поэтому я быстро спрыгнул с медведя и приказал монстрам немного отойти в сторону.
Открыв большую седельную сумку, лежащую на земле, я выставил на всеобщее обозрение ярко-синий кристалл, полыхающий красными прожилками. В глазах артефактора на миг мелькнул неподдельный интерес. Он решительным шагом подошел к кристаллу, достал какой-то прибор, с виду похожий на компактный ноутбук с двумя выходящими из него антеннами. Поднеся его к артефакту, граф внимательно посмотрел на экран и, прочитав быстро бегущие по нему строчки, удивленно хмыкнул. После этого он убрал свой прибор и начал внимательно осматривать сердце голема, то неторопливо водя над ним руками, то прикасаясь к нему, то даже прислушиваясь.
— Любопытно, весьма любопытно, — с интересом взглянув на меня, произнес в конце концов граф Гуров. — Ну что ж, характеристики артефакта вполне соответствуют запрошенной за него сумме, — добавил он, довольно потирая руки.
Обернувшись, он молча кивнул рыжебородому. Тот сразу же махнул кому-то на стене и в следующий миг массивные ворота со скрежетом раздвинулись в обе стороны. Из лагеря выехал бронированный грузовик с закрытым кузовом, а за ним кран и погрузчик. Началась рутинная работа по погрузке товара.
В это время граф отвел меня в сторонку, приказав телохранителям ждать его.
— Молодой человек, — обратился он ко мне, взяв меня под руку и с интересом заглянув ко мне в глаза, — а я вспомнил, где вас видел. Это было на приеме в имперском клубе в день убийства вашего отца. — И он внимательно посмотрел на меня, видимо, пытаясь уловить мою реакцию.
Я постарался, чтобы ни один мускул не дрогнул на моем лице.
— Как бы то ни было, — продолжил граф, — но могу вам с уверенностью сказать, что вы достойный сын своего отца. И раз уж мы теперь по одну сторону имперских законов, — Василий Андреевич кивнул на лагерь контрабандистов, — и вполне знакомы друг с другом, позвольте вам предложить еще одну сделку лично от себя. Если уж быть совсем точным, это не совсем сделка. Скорее, это набор пожеланий.
