— Полезная затея, — обтекаемо поддакнул Ивашутин предлагая мне и дальше развивать свою мысль. В этот момент открылась дверь и нам принесли чай, я подождал, пока мы вновь останемся вдвоем, и продолжил.
— Да, но вот, видите ли, какая проблема, Саудиты грозятся снять все ограничения на экспорт нефти и обрушить цену. С ними мы тоже ведем переговоры, но хотелось бы все же не зависеть от доброй воли открытых союзников США. Вот скажем если бы одна из ракет, которые взлетают с территории Ирака неожиданно полетела бы не на восток, а на юг и упала бы где-то в районе порта Рас-Таннура… Там, где находится главный нефтеналивной терминал саудитов, и где на берег Персидского залива выходят нефтепроводы, перекачивающие черное золото от месторождений в глубине пустыни… А еще было бы хорошо, чтобы эта ракета была оснащена специальной боевой частью, так чтобы эксплуатировать эти морские ворота арабы не могли хотя бы годик. Это выбьет с рынка до миллиона баррелей в сутки, и с большой долей вероятности поможет удержать цену на нефть в нынешних рамках. Как думаете, такое может случится? Теоретически?
Понимал ли я, что прямо сейчас пересекаю все возможные «красные линии»? Что приказ о такой операции, тем более в обход Политбюро — это за гранью добра и зла, и что Ивашутин может меня только одним этим фактом «отправить на дно»? Конечно понимал. Но… Чем дальше я ковырялся в местных реалиях, тем отчетливее понимал, что с имеющимися на руках картами я эту партию не выиграю. Все разговоры о переориентации промышленности на производство товаров народного оптребления — они в реальности не более чем разговоры, просто так это не сделать, слишком уж были все процессы в Союза заточены на произвоство средств производства. Да, сломать этот тренд можно, но вот пойдет ли оно в плюс? У реального Горби — не пошло, глупо думать, что я смогу принципиально лучше. Да, наверное я смогу сгладить углы, избежать того же Чернобыля, избежать сделанных реципиентом ошибок… Но ведь это совсем не значит, что я не сделаю других, уже своих. Вероятность того, что через 5 дет я приду в ту же точку была слишком велика, мне нужно было не просто сбросить карты и взять другие а пересесть с покерного стола за шахматный. И ядерный аргумент тут виделся достаточно весомым для осуществления подобной рокировки.
Мне нужно было выиграть два года. Если нефть в течение 1986−7 годов будет стоить 45 долларов а не 20, это даст нам лишних 50 миллиардов твердой валюты, на которую можно будет закупить так необходимые нам производсвенные линии и целые заводы. Кинуть кость всем недоброжелателям, одной рукой залить потоком импортных товаров любое недовольство, а другой — потихоньку проводить нужные реформы, которые станут гораздо менее болезненными чем если осуществлять их на свои.
И опять же 50 ярдов в плюс СССР — это еще 50 ярдов в минус западным странам, глядишь и пакостить у них будет меньше возможностей… Главное только чтобы на нас в итоге не вышли в поисках виноватых, впрочем тут у меня тоже имелись мысли, на кого можно будет перевести стрелки…
— Крайне маловероятно, товарищ генеральный секретарь, — Ивашутин слегка нахмурил брови и поджал по-стариковски губы, как будто с трудом сдерживая рвущиеся изнутри комментарии по поводу таких инициатив нового генсека.
— А если будет поставлена задача проработать возможные варианты? Конечно, с максимальным упором на невозможность в дальнейшем увязывания Советского Союза с данной ситуацией. Можно даже не кидать полноценную бомбу, а только «хлопушку», нам не нужны разрушения и гибель людей, достаточно будет чуть подзагадить местность, чтобы портом пользоваться оказалось невозможно.
— И все же я рискну настаивать, что осуществить такую операцию и не засветиться, практически невозможно, хотя… — Ивашутин на секунду нахмурил брови, явно обдумывая какую-то пришедшую в голову идею. — Хорошо, товарищ генеральный секретарь, этот вопрос мы обдумаем, прикинем возможности, думаю через пару недель я смогу представить подробный доклад.
— Дальше, Петр Иванович, — я достал из папки пару листов бумаги и протянул ее Ивашутину. — Вот секретное постановление Политбюро о создании в структуре ГРУ отдела по борьбе с вражеской подводной инфраструктурой. В данном случае речь идет о различного рода информационных и энергетических кабелях, проложенных по морскому дну, а также нефте- и газопроводах.
Выбить из «коллег» по главному политическому органу Союза данное решение оказалось на удивление просто. Партийцы решили, что Горбачев хочет поиграть в диверсанта — флаг ему в руки. Хрущ вон артиллерию ствольную резал, при Брежневе вон танчики клепали десятками тысяч, у каждого генсека свои игрушки. «Скиф» я зарезал, а уж дополнительная сотня подводных диверсантов обойдётся бюджету всяко дешевле чем орбитальный лазер.
— У нас же уже есть ПДСС в составе флота, зачем дублировать?
