Помощник пообещал напомнить и вышел из кабинета. Работать я предпочитал наедине с собой, вон у Гришина сразу два помощника в кабинете сидят, не знаю как московский глава в таком с позволения сказать «опенспейсе» работает. У меня в кабинете только радио на заднем плане тихонько работало, привычка концентрироваться под какое-то жужжание на фоне осталась явно от прошлой жизни, во всяком случае, когда я первый раз приказал притаранить мне в кабинет аудиосистему поприличнее, местные отчетливо удивились. Раньше за Горби таких наклонностей не наблюдалось, впрочем, на фоне всех остальных перемен это была такая мелочь, что даже упоминать смысла нет.
Что касается же товарища Месяца, то общаться с Министром сельского хозяйства желания, откровенно говоря, не было. Тяжело у нас все было с сельским хозяйством, это была настоящая черная дыра, которая пожирала все — громаднейшие, если честно — инвестиции и с каждым годом давала все меньший рост. В СССР даже был такой вид аппаратного наказания — поставить человека разбираться с проблемами в аграрной сфере. Вело это примерно в ста процентах случаев к провалу и соответствующим оргвыводам. Негативным естественно.
В сельском хозяйстве была имелась отчетливая необходимость провести хотя бы частичную деколлективизацию, — ну мне так казалось, уверенности полной не было, поэтому боясь все сломать, я продолжал политику «экспериментов на кошках» — чтобы дать самым активным деревенским кадрам себя проявить в работе на собственный карман. Вот только колхозы — это была такая священная корова, трогать которую было по-настоящему страшно, кажется, даже с военными разобраться оказалось проще, там во всяком случае хотя бы отсутствовала идеологическая составляющая.
Попробовали вон фермеров выделить из желающих-добровольцев в качестве эксперимента. Нарезали на юге Иркутской области пару сотен делянок ранее не использовавшейся земли, да и кинули кличь меж желающих. Желающие нашлись, выделили им кредит товарный, сформировали МТС для обслуживания этих «сельскохозяйственных единиц», начали строить элеватор… Посмотрим, что получится, этой осенью фермеры должны были успеть засеяться озимыми, вот на следующий год и сравним продуктивность такой формы хозяйствования.
Вздохнул, пододвинул к себе пачку документов. Взял верхний — распоряжение Совету министров рассмотреть возможность увеличения часов работы продовольственных магазинов. Это была моя идея, почему в СССР практически не существовало магазинов, работающих после 20.00 — загадка для меня великая. Еще большей загадкой было то, что никто не видел в этом очевидной проблемы. Да, очереди, да толкучка, ну и что — постоят люди, не переломятся. Впрочем, учитывая систему продовольственного спецраспределения среди партийных работников, наверное, нет в этом ничего странного, просто руководители государства даже на районном и городском уровне уже достаточно далеко оторвались от народа и не чувствовали их проблем. Ну а я же видел своим не зашоренным — ну или зашоренным в другом направлении, наверное, честнее будет эту мысль так сформулировать — взглядом идиотизм буквально всюду.
Взять те же магазины работающие хорошо если до 20.00. Есть работяга на заводе, который у станка стоит с 9 до 18. Потом ему нужно переодеться, может быть душ принять, добраться домой и обнаружить, что жрать дома нечего. Сколько времени у него остается на то, чтобы сбегать в гастроном и забить холодильник? Час? Полчаса? А если таких работяг одновременно приходят домой тысячи? Какие вообще шансы, что очередей не будет, даже если отбросить все проблемы с товарным наполнением и дефицитом?
А если вспомнить уникальную отечественную систему отпуска товаров практиковавшеюся в крупных универмагах? Когда ты сначала должен отстоять очередь за товаром — мясом, например, или колбасой, — его тебе взвесят, потом ты идешь на кассу — платишь, и потом возвращаешься обратно. И опять фактически стоишь в очереди третий раз, потому что продавцу нужно отвлечься и проверить выбитый тебе на кассе чек, сопоставив его с уже подготовленным к отпуску товаром. Иначе как маразмом это не назвать. Ну и в целом в торговле сложилась очевидно нездоровая ситуация…
Проблема была в том только, что своим распоряжением сделать это я не мог — генеральный секретарь хоть и глава государства фактически, но в практических в полномочиях по управлению государством ограничен. Поэтому подобные вещи делались через распоряжения хозяйственным органам «рассмотреть», «улучшить», «усилить» и «углубить». А уж там через постановление Совета Министров или через приказ по министерству торговли, например, соответствующие нововведения вводились в практическую плоскость. И это, кстати, не только торговли касалось, а вообще всего. Что очевидно не добавляло удобства в плане управления государством.
