Сесилия пораженно уставилась на нее. Девушка любила свой ошейник. Если бы у нее было право владеть собственностью, это было бы ее самое любимое имущество. Фактически, конечно, ошейник, как и она сама, принадлежал ее владельцу. В ошейнике у нее были безопасность и идентичность. По-своему, это определяло ее и управляло ее поведением, как она должна действовать, как и когда она могла говорить, что она могла делать, или не сделать, и так далее. Она хотела принадлежать и, принадлежа, быть любимой. Ей нравилось принадлежать мужчине, быть его беспомощной, уязвимой, абсолютной собственностью. Насколько свободна она была, стоя на коленях у его ног, как правильна и прекрасна! А кроме того, это означало что, она была женщиной имеющей значение, что у нее была ценность, что она могла быть куплена и продана. К тому же, далеко не каждая женщина могла оказаться в ошейнике. Ошейник был свидетельством ее желанности как женщины. Он как бы говорил: «Вот женщина, которая была найдена интересной для мужчин». А со стороны женщины могло бы быть сказало, что-то вроде: «Взгляните на меня. Присмотритесь ко мне. Я была признана достойной ошейника». Это был своеобразный знак качества, свидетельство превосходства.
Лорд Нисида перевел взгляд на одного из своих подчиненных, стоявших около входа в павильон, и приказал:
— Принеси подходящие инструменты.
— Отлично! — вздохнула Мисс Вентворт.
Охранник через мгновение исчез по ту сторону занавеса, а Мисс Вентворт посмотрела на меня с триумфальным видом.
Затем в прицел ее глаз попал Трасилик.
— Похоже здесь возникло недоразумение, Мистер Стивенс, — констатировала она. — Это очевидно. Теперь, в свете сочувствующего понимания и вдумчивого внимания нашего общего друга, благородного Лорда Нисиды, от которого, как я понимаю, Вы зависимы, мы можем вкратце пересмотреть наши проблемы. У нас по-прежнему остались нерешенные вопросы, например, мое вознаграждение, которое, кстати, теперь должно быть значительно увеличено, учитывая мои неудобства и затруднения, затем мое возвращение на Землю и все такое.
— Дело в том, Мисс Вентворт, — усмехнулся Трасилик, — что фактически Лорд Нисида и я, в некотором смысле, союзники, и ни один из нас не зависим от другого.
— Однако я вижу, что пожелания Лорда Нисида имеют для вас большое значение.
— Разумеется, — не стал отрицать он.
Тогда Мисс Вентворт повернулась к Лорду Нисиде и заявила:
— Мне понадобится гардероб. Это не обязательно должна быть земная одежда, дорогая, элегантная, изящная, модная, к которой я привыкла на Земле, поскольку я прекрасно понимаю, что такую здесь раздобыть будет трудно. Но, Вы же понимаете, что мне нужно что-то, что будет скрывать меня вполне достаточно и в рамках приличий. Думаю, одежды сокрытия, те, которые носят свободные женщины Гора вполне подойдут. Вуаль, учитывая определенные аспекты местной культуры, также не была бы лишней.
Лорд Нисида улыбнулся.
В этот момент вернулся мужчина, покинувший павильон некоторое время назад. Он ввел внутрь крупного товарища, причем не из «странных людей», принесшего инструменты. Трудно сказать, был ли он из касты кузнецов, но определенными навыками их ремесла он владел неплохо.
Через пару моментов тонкое, аристократичное, прекрасное горло Мисс Вентворт было освобождено от легкого, привлекательного ошейника.
Женщина сразу распрямилась и, тряхнув головой, пустила волну по своим волосам, разбросав их по плечам. Надо признать, это получилось у нее неплохо. Да что там неплохо, это было чертовски привлекательно. Несомненно, это предназначалось, чтобы произвести эффект на Лорда Нисиду. Мне нетрудно было понять, почему столь многие мужчины так стремились понравиться этой женщине.
— Спасибо, — поблагодарила она Лорда Нисиду.
— Ну, а теперь, — сказал Лорд Нисида Таджиме, — давайте посмотрим на нее.
Ошеломленная блондинка, не веря своим ушам, уставилась на Лорда Нисиду.
Таджима шевельнул пальцем, и каждой из охранников, что стояли по бокам Мисс Вентворт, взялись за ее запястья и мгновением спустя за плечи.
— Что Вы делаете! — вскрикнула Мисс Вентворт. — Нет! Нет!
Она еще попыталась бороться, цепляться за ткань, удерживать ее, но женская сила была ничем по сравнению с мощью двух мужчин. Ткань была вырвана из ее пальцев, руки разделены и отведены в стороны. Блондинка опустила голову вниз, наклонилась вперед и принялась дико, отчаянно, изо всех сил бороться.
— Пожалуйста, пожалуйста, — уговаривал ее Таджима. — Это должно быть сделано изящно.
— Прекратите! Прекратите! — вопила Мисс Вентворт, извиваясь в руках охранников.
Конечно, изящного в этом было мало. Когда женщина подарок или приз, должна быть показана владельцу, торговцу, капитану, Убару или кому-то подобному, подарок или приз обычно показывается официально, изящно где-то даже церемониально.
Тогда охранники оттянули ее руки немного назад, держа одной рукой за запястье, а другим придерживая выше локтя. Это вынудило ее выпятить грудь, что подчеркнуло фигуру.
Ее глаза были широко распахнуты. Черты лица исказило выражение чрезвычайной тревоги.
