— Вы утверждаете, что не собирались оказывать на меня давления? — уточнил я.
— Вы передали свой меч в наше распоряжение, — напомнил он, — свободно и добровольно.
— Тогда, кто за этим стоит? — поинтересовался я.
— Враг, — предположил дайме. — Рабыня, скорее всего, была введена в заблуждение шпионом, вероятно, еще на юге, и послужила не более чем невольным передаточным звеном. Как нам кажется, ее роль именно а этом и состояла, просто донести до вас мысль об угрозе, каковая, достаточно естественно было бы предположить, должна исходить от нас.
— Чего же они могут хотеть от меня? — спросил я.
— Предательство, — предположил Лорд Нисида.
— В таком случае, их выбор кажется довольно бедным, — усмехнулся я.
— Давайте надеяться на это, — кивнул Лорд Нисида. — Однако, в истории немало примеров того, как мужчины убивали своих собственных братьев за город, за золото или за женщину.
— Верно, — не мог не признать я.
— Вы отпустили убийцу предпринявшего покушение на мою жизнь, Лициния Лизия из Турмуса, — напомнил мне Лорд Нисида.
— Мне не нравятся мучительные казни, — проворчал я.
— Асигару настигли его в лесу, — сообщил он.
— Не скажу, что я рад это слышать, — проворчал я.
— Из уважения к вашей чувствительности, — сказал дайме, — ему сохранили жизнь, для цепей и скамьи галеры.
— Хорошо, — кивнул я.
— Многие предпочли бы умереть на кресте, — заметил Нисида.
— Возможно, — согласился я.
Конечно, с этом случае смерть наступила бы скорее.
— С кем у вас было тайное рандеву ночью, неподалеку от тарнового лагеря? — спросил Лорд Нисида.
— Это личное дело, — ответил я.
— Вы, правда, думаете, что мы должны вам поверить? — осведомился он. — А что подумали бы Вы на нашем месте?
— А что подумали Вы? — уточнил я.
— Например, то, — ответил Лорд Нисида, — что другие предлагают цену за вашу службу и переманивают от нас на свою сторону.
— Это не верно, — пожал я плечами.
— Предательство катается смертью, — предупредил Лорд Нисида.
— Я не удивлен, — сказал я, уже задаваясь вопросом, выйду ли я из павильона Лорда Окимото живым.
— Без вас, — сообщил Лорд Нисида, — кавалерия может взбунтоваться.
— В этом я сомневаюсь, — отмахнулся я.
— Что вам известно об этой женщине и предполагаемом давлении на вас через нее? — продолжил допрос Лорд Нисида.
— Я знаю ровно столько, сколько и Вы, а скорее даже меньше, — ответил я.
— Неясность, имеет свойство доставлять беспокойство, — заметил Лорд Нисида.
— Это тоже часть жизни, — развел я руками.
— Кто знает, — сказал Лорд Нисида, — откроются ли лепестки цветка, и, если так, то когда и который первым?
— А действительно, кто? — полюбопытствовал я.
Признаться, меня раздражала манера пани вести разговор.
— Наше терпение совсем небезгранично, Тэрл Кэбот, тарнсмэн, — предупредил дайме.
— Кто та женщина? — прямо спросил я.
— Скажите нам, — предложил Лорд Нисида.
— Я не знаю, — развел я руками. — Но разве Вы этого не знаете?
— Нет, — ответил он.
— Нет ли у вас какого-либо предположения или, может, намека на то, кем может быть эта женщина? — Спросил я.
— Возможно, Вы сможете нам это объяснить, — предположил дайме.
— Я? — удивился я.
Лорд Окимото резко хлопнул в ладоши, в зал вошла одна из его контрактных женщин, семенящими шажками проследовала к нему, и замерла склонив голову.
— Это — Хисуи, — представил Лорд Нисида, — на службе Лорда Окимото.
Прекрасное создание, одетое в кимоно, совершенно не скрывавшее ее фигуры, помимо гребенки в ее волосах, носило еще украшение, свисавшее с шеи и лежавшее между ее грудей.
— Хисуи, — сообщил Лорд Нисида, — носит безделушку, которая для нас совершенно бессмысленна, но может быть значимой для вас.
— Могу я взглянуть? — спросил я, и девушка опустила голову так, что украшение повисло передо мной.
Я встал и поднял на ладони левой руки кулон, свисавший на легкой золотой цепочке с шеи красотки.
— Мы предполагаем, — объяснил Лорд Нисида, — что это некий символ. Он был предназначен для вас. Мы узнали это от его носителя, незадолго до того, как он умер, к сожалению, слишком быстро, покончив с собой.
Я выпустил кулон, и тот снова упал на грудь его носительницы.
Затем, повернувшись лицом к Лордами Нисиде и Окимото, я спросил:
— Вы возвращаетесь к «далекому берегу»?
— Да, — ответил Лорд Нисида.
— Я пойду с вами, — сообщил я ему.
— Конечно, — кивнул он, и я повернулся и вышел вон.
Кулон был медальоном Убары Ара.
«Вскоре, — думал я, — на носу большого корабля должны будут нарисовать глаза, и он выйдет в свое первое плаванье, сначала по Александре. Если он достигнет Тассы, то по выходе в море, должны будут принести жертву, подарив морю вино, соль и масло, чтобы тем самым испросить у него спокойных путей. Такова традиция».
Шесть дней назад на берегу был разложен большой костер. Я стоял около него вместе с Атием, и десятками других, плотников, лесорубов, ремесленников, тех кто, заготавливал лес, строил корабль, выстругивал весла, шил паруса.
