— Это не важно, — отрезал я.
Я предположил, что среди этих «странных людей» могли иметь место определенные формальности, которые следовало соблюдать неукоснительно, и что среди них мы встретим чрезвычайно сложные человеческие отношения, четко и, вполне возможно, детально сформулированные культурно. Его поведение указывало на то, что он происходил из иерархического общества. Чего стоило одно только его беспокойство о двуименных и одноименных людях. В таком обществе, несомненно, должны были существовать жесткие протоколы бы между вышестоящими и нижестоящими, причем каждым из них, каждый по-своему, обязан был неким взаимно понятым способом выказывать должное уважение другому. Я подозревал, что этикет и вежливость будут важны для них.
— Я сожалею, — обратился Пертинакс к Таджиме. — Дело в том, что я стремлюсь поскорее отправиться на побережье, встретить там наш корабль и вернуться домой. Пожалуйста, простите меня.
— А теперь скажи ему, — подсказал я Пертинаксу, опять же по-английски, — что, это не он придурок, а Ты сам.
— Это я — придурок, — повторил за мной Пертинакс по-гореански, — а не Вы. Не Вы, а именно я — дурак. Я очень сожалею.
Таджима, что интересно, смотрел на меня.
— Он сожалеет, по-настоящему сожалеет, — заверил его я. — Пожалуйста, примите его извинения.
Таджима повернулся к Пертинаксу и коротко склонил голову.
— Твои извинении приняты, — прокомментировал я Пертинаксу, подумав, что поступил правильно, прояснив этот вопрос.
Если бы извинения не были приняты, или было бы приняты с некоторыми оговорками, по-видимому, это было бы очень важно иметь в виду. Я был уверен, что в эти вопросы, так или иначе, была вплетена честь.
— Я не дурак, — заявила Таджима Пертинаксу.
— Конечно, нет, — заверил его тот.
— И не будет никакого корабля, — сообщил Таджима.
— Что? — в один голос воскликнули Пертинакс и Мисс Вентворт.
— Никакого корабля, — повторил Таджима.
— Не понял, — нахмурился Пертинакс.
— Я же говорю, что вы — дураки, — пожал плечами Таджима.
— Где наши деньги, наше золото? — возмутился Пертинакс.
— Если оно существует, — ответил Таджима, — то оно будет использовано в другом месте, и не для того, чтобы наполнить кошельки, таких как вы.
— Отведите нас к своему начальству! — потребовала Мисс Вентворт.
— Отведу, — кивнул Таджима. — Именно поэтому я здесь.
— Мы займемся этим! — заявила мисс Вентворт. — Я вытерпела достаточно неуважения. Никакой больше маскировки. Хватит.
— Это возможно, — вежливо сказал Таджима.
— Ты — болван, — ярилась женщина. — И Лорд Нисида тебе это популярно разъяснит. Он всем все разъяснит.
— Я уверен, что именно так он и поступит, — любезно согласился с ней Таджима.
Мне показалось интересным, что Таджима, похоже, совершенно не воспринял отношение и слова Мисс Вентворт как обидные. Это очень отличалось от его поведения в случае с Пертинаксом. Таджима, казалось, полагал, что ее оскорбление никоим образом не касается вопросов чести, хотя, не исключено, что с этим можно было бы разобраться и вне пределов этого контекста, возможно, рассматривая это, как поведение маленького, непослушного животного, с которым следует поступать соответствующим образом.
— Ты был несговорчив и даже высокомерен, — сказала Мисс Вентворт Таджиме. — Я потребую, чтобы Лорд Нисида наказал тебя.
— Ваше платье слишком коротко, — заметил Таджима, так же вежливо, как и прежде.
— Животное! — прошипела она, а потом, повернувшись лицом ко мне, заговорила: — Это Ты, Кэбот виноват во всем этом! И Ты тоже ответишь за мой позор, мое оскорбление! Я потребую от Лорда Нисиды, чтобы он проследил за тем, чтобы тебя тоже наказали. Связать мне руки! Надеть на меня капюшон! Водить меня на поводке как рабыню! Мы разберемся с этими вопросами! Я — свободная женщина, свободная женщина!
Я не счел нужным отвечать на ее выпад. Я не думал, что у меня были причины чего-то бояться, по крайней мере, в данный момент, от Лорда Нисиды, кем бы он не мог быть. Я был доставлен в северные леса по некой причине. Правда, мне все еще не было до конца ясно какова, в конечном итоге, могла бы быть эта причина.
— Веди меня к Лорду Нисиде, и как можно скорее, — потребовала Мисс Вентворт. — Я буду очень рада его видеть!
— Думаю, что он тоже будет рад вас видеть, — улыбнулся Таджима.
— Я надеюсь, что так и будет, — заметила она, полным яда голосом.
— Да, — кивнул Таджима, — я думаю, что Вы должны надеяться это.
— Я не понимаю, — сказала женщина, и в ее тоне послышались нотки неуверенности.
— Для вас будет неподходяще, если он будет разочарован, — намекнул Таджима.
— Я не понимаю, — повторила она.
Но Таджима уже повернулся к Пертинаксу.
— В вас больше нет необходимости, — сообщил он. — Вы можете уйти.
— Уйти? — переспросил Пертинакс. — Куда?
— Куда угодно, — развел руками Таджима. — Куда пожелаете.
— Я безоружен, — заметил Пертинакс. — Вы не можете просто оставить меня здесь.
