– А что вообще есть в наличии? – мой последний вопрос пытался сохранить во мне человека.
– Пельмени, жареная рыба и компот.
– Беру всё.
– Где сядете?
Я обернулся на угрюмую компанию в полупустом зале. С местом силы возникла проблема.
– Там, – сказал я, когда перестал колебаться и выбрал место в углу у окна.
– Заказ будет готов через двадцать пять минут. С вас тысяча двести семнадцать песо.
Я отдал деньги и направился к своему месту.
Едва мне удалось усесться, заиграла ещё одна моя любимая песня. В ней был другой сюжет:
– Снаружи ты горяча и жива, но внутри ты мертва!.. я стал таким же, как ты…
– Тоже нравится?
Я никого не звал, но кто-то сам приперся. Меня зажало между окном и незнакомой мужской рожей. Вертись, не вертись – смысл один и тот же. Да и деньги за обед уже были уплачены.
– Кто вы?
– Аркадий.
– Что вам нужно?
– Поговорить.
– Зачем?
– Увидел ваше одиночество и решил составить вам компанию.
Чопорным. Таким стал мой взгляд, которым я одарил незваного компаньона. Своим объяснением он задел меня за живое и теперь должен был получить по заслугам.
– Ты на себя, блядь, посмотри, хуйлан ебучий!
Прозвучало резко. Я и сам испугался, с опаской посмотрел на соседние столы. Но там в неизменном зомбированном виде продолжали исправно жевать угрюмые люди. Ненужный собеседник тоже ничего в себе не поменял. Но у него была своя ситуация.
Минут пять мы смотрели друг другу в глаза и молчали. Молоденькая официантка в белом переднике мельтешила промеж столов, собирая пустые тарелки и возвращая полные. Люди приходили. Люди уходили.
Нутро в который раз просило меня уйти. Но так уж получалось, что дерьмо неутомимо преследовало мой зад. Нужно было хоть когда-то остановиться и перестать сбегать.
Я выбрал сейчас.
Заиграла новая песня:
– Я потратил всю свою жизнь, служа дьяволу,… похоже, он останется со мной навсегда…
Лицо мужчины, смотрящего мне в глаза, было серым и посредственным. Я не понимал, почему именно он.
– Ты долбоеб.
– От долбоеба слышу.
Все важные слова были сказаны. Мы встали, по-братски обнялись, перевалившись через стол, похлопали друг друга по плечу, потом сели обратно на скамейки.
– Итак, начнём сначала. Кто ты?
Когда границы были расставлены, разговор пошёл в совсем ином русле. Аркадий даже улыбнулся.
– Приехал на ретрит. Долго собирался, готовился и вот я тут. И как же поджилки трясутся. Увидел тебя. Ты на местного не похож. Решил, что ты тоже на ретрит приехал. Вот и подошёл перетереть.
Так просто. И сразу всё стало понятно.
– Да, ты оказался прав.
Мой новый друг довольно улыбнулся и пожал плечами, как бы сигнализируя о случайном везении. Затем он протянул мне руку:
– Ещё раз… Аркадий.
– Вова.
– Владимир?
– Нет. Просто Вова.
И вот рукопожатие случилось. Я откинулся, упершись спиной в подоконник. Еду ещё не успели приготовить, до начала ретрита оставалось немного свободного времени. У меня была прекрасная возможность развлечься в праздной беседе.
– Так как тебя сюда занесло? – спросил я.
Аркадий резко побледнел от моего вопроса и также резко очухался.
– Если это не тема для разговора, я пойму.
– Нет, всё в порядке.
Ничего не в порядке. Аркадий минуту смотрел сквозь меня, а потом внезапно встал, обронив при этом:
– Я возьму себе чай, а потом мы продолжим.
– Хорошо.
Мне стало скучно. Я ждал живую беседу, но лыжи пока стояли на месте. Я начал готовиться к худшему. И вдруг:
– Не поверишь, но такое дело…
О, чудо! Аркадий вернулся к столу с совершенно другим настроем. А тут ещё и девочка в белом переднике принесла мой заказ.
– Пельмени, жареная рыба и компот. Приятного аппетита.
– Спасибо.
Она даже принесла мне вилку, ложку и нож, а в довесок три бумажных салфетки. Вообще-то я сам должен был об этом позаботиться, но я отвлёкся.
– Благодарю.
Девочка в белом переднике мне приятно улыбнулась и ушла. Дел у неё хватало. Я же, ведомый приятным впечатлением от произошедшего, с огромным наслаждением запустил ложку в похлебку из пельменей. Только вот Аркадий не к месту возобновил беседу и не дал нормально поесть.
– Кстати, отличный пример, – заявил он.
– В смысле?
– Это девочка.
– А что с ней не так?
Я действительно не понимал пространных намеков моего нового приятеля.
– Молодая, красивая, не боится работы. Мечта, а не женщина.
– Это сейчас.
Я усмехнулся. Со всем этим негативом пельмени стали казаться мне пересоленными.
– А что должно случиться потом?
Аркадий на мгновение замолк, сжался, а потом его прорвало:
– Да все они грёбаные шлюхи!
Я с опаской оглянулся, но потом опомнился. Сработала дурная привычка. В Спинтауне после таких заявлений обычно приезжала полиция. Мне не единожды приходилось быть свидетелем последующих лечебных процедур резиновыми дубинками.
Мой взгляд ещё раз пробежался по залу. Нет, всё осталось на своих местах. А вот Аркадий был готов упасть под стол от безудержного смеха.
– Что? – спросил я, нахмурив лоб.
Мне было непонятно.
– Всё в порядке, – мой собеседник с трудом смог вставить объяснение между взрывами смеха, – Знакомая тема… Я тоже из Спинтауна.