Последнему она позвонила Джейми. Он был искренне счастлив услышать ее голос.
– Привет, Би. Рад, что ты благополучно вернулась домой. Как тебе было в Тоскане?
– Потрясающе. Просто потрясающе. Я уже скучаю по Монтегрифоне. Спасибо за цветы и наведенный порядок.
– Не хотелось, чтобы квартира встретила тебя спертым воздухом и пылью. Расскажи о своей новой работе.
Би начала рассказывать. Джейми был впечатлен ее рассказом, особенно тем, что ей предстоит прожить целый месяц в доме Мими.
– Би, я чертовски рад за тебя. Может, мы даже встретимся в Голливуде.
– Ты перебираешься туда?
– Если Долорес сумеет продать мой сценарий, очень может быть.
– Долорес?
– Мой агент. Да, наконец-то у меня появился литературный агент. Она живет в Голливуде. – Голос Джейми звенел от восторга. – Ее со мной познакомил агент Мими Робертсон. Долорес буквально влюбилась в мой сценарий. – Джейми замялся. – Если уж совсем честно, мы с ней уже виделись в Лондоне неделю назад. Между нами проскочила искра.
– Искра?
– Да, романтическая искра. Долорес мне очень понравилась. Думаю, она испытывает схожие чувства.
Би не особо удивилась. Джейми встретил женщину, живущую в Голливуде; она «влюбилась» в его сценарий и могла превратить его мечты в реальность. Это почти автоматически пробудило в нем чувства к этой женщине. Были ли они взаимными – другой вопрос. Конечно, в отличие от героини сценария, Би не вернулась к Джейми, но он сумел преодолеть обиды, что не могло не радовать.
– Как вижу, Джейми, у тебя все отлично складывается. Желаю тебе того же и в будущем, – вполне искренне пожелала Би.
Через пару часов Би села в пригородную электричку и поехала на вокзал Ватерлоо. Она успела отвыкнуть от этих людных, душных и грязных поездов. А ведь она почти каждый день ездила в них на работу и с работы. Вот и еще аргумент в пользу ее ухода из университета. По обеим сторонам железной дороги проносились безликие здания. Би поймала себя на том, что сравнивает этот урбанистический пейзаж с видами Монтегрифоне. Здесь не было кипарисов, виноградников, желтых бабочек, средневековой и ренессансной архитектуры. Разница ощущалась очень остро, и к концу пути Би уже сильно тосковала по местам, с которыми рассталась только утром.
В Лондоне было градусов на двадцать холоднее, чем в Тоскане. Идя к пабу, Би не раз пожалела, что не надела джемпер потеплее. Но паб по духоте ничем не отличался от вагона поезда. Друзья и коллеги (теперь уже бывшие) обрушили на нее лавину вопросов о происшествии на съемочной площадке и новой работе. Рассказывая, Би видела зависть на многих лицах. Ей рассказали последние университетские новости. Самая ошеломляющаяся касалась того «любвеобильного» профессора. Три женщины подали на него в суд, обвинив в сексуальном домогательстве. Новость обрадовала Би.
Она сидела, потягивая разливное пиво, слушала сплетни из университетского мира и вдруг почувствовала себя совершенно чужой. А ведь этот паб был ей хорошо знаком. Она годами ходила сюда с друзьями. Но если раньше ей было приятно и комфортно, сейчас она находилась в положении рыбы, выброшенной на берег. Наверное, сказались месяцы, проведенные вне Лондона, а может, жизнь в Тоскане ее изменила.
Би думала, что это пройдет, однако ей становилось все неуютнее. Она одолела лишь полкружки пива и больше не могла сделать ни глотка. Каждая минута, проведенная в баре, лишь добавляла ей усталости. Би попробовала сосредоточиться на приятном. Ее вид никого не испугал; наоборот, все восхищались, как чудесно она выглядит. К ней даже подошел незнакомый мужчина с предложением выпить, поужинать и так далее. Будь у нее отталкивающий вид, такого бы не случилось. Она улыбнулась, поблагодарила за предложение, но твердо отказалась. Сейчас для нее существовал только один мужчина. Пройдет еще много месяцев, а может, и лет, прежде чем она станет замечать других.
Наконец, сославшись на усталость, она довольно рано покинула паб. Би испытывала смешанные чувства. С одной стороны, радовало, что никто не испугался ее облика. В ней признали прежнюю Би, а не какую-то уродину. С другой, Лондон стал для нее чужим городом. Неужели она настолько привыкла к ящерицам, козам и черному лабрадору, что пиво, университетские сплетни и ухаживание случайных мужчин стали ей казаться столь же странными, как и тосканское захолустье когда-то?
Вернувшись в квартиру, Би почувствовала облегчение. Возможно, причина в том, что она отвыкла от скопления людей и ей нужно снова входить в ритм большого города. «Наверное, так оно и есть», – решила Би и ухватилась за эту мысль.
Ее решимости хватило на пять минут, пока заваривался ромашковый чай. Усевшись с чашкой, она открыла ноутбук и проверила почту. Увидев письмо, пришедшее с адреса luca@montegrifone.com, она испытала сердечный трепет и поняла, что скучает не только по тосканской тишине. Она щелкнула по значку и прочла короткое послание.
