Трикси сидела у самой подушки.
– Привет, – погладила ее Аня. – Все так необычно, правда?
Кошка замурчала в ответ.
– Лысина ты усатая, – Аня потрепала ее за ушами, – чего ж ты раньше такой ласковой не была-то?
– Ты проснулась? – Наташа, услышав Анин голос, приоткрыла дверь в ее комнату, – я как раз делаю кофе. Приходи завтракать.
– Иду, мам, – как-то печально улыбнулась Аня, – иду…
– Мам, – сказала девушка, запивая блинчик кофе и ставя чашку подальше от края стола, – а на кого я похожа в нашей семье?
– Это тебе бабушкина болезнь передалась воздушно-капельным путем? – ухмыльнулась Наташа. – Пятнадцать лет она вдалбливает твоему папе, что, раз ты на него не похожа, то ты не от него…
– Я не к тому. Но ведь я и на тебя не похожа…
– Кто знает, как срабатывает генетика. Ты же знаешь, что у твоего отца, кажется, прадед или даже прапрадед был цыганом… Может черные волосы в тебе от него. В конце концов, даже у темнокожих рождаются светлые дети, а у тебя всего на всего темные волосы. И что? Мы-то с папой знаем, что ты наша. Все видели меня с пузом, – Наташа мечтательно улыбнулась, – папа твой присутствовал при твоем рождении… Он перерезал пуповину, на его глазах тебе на ручку надели браслет, на моем запястье был дубликат. Мы долго высматривали в тебе наши черты и пришли к выводу, что ты похожа на себя. С бабушкой твоей я однажды сильно поругалась по этому поводу. Я в себе уверена, поэтому сказала, что, если уж так сильно ей хочется, пускай идет и делает анализ ДНК.
– А она? – испуганно спросила Аня.
– Она бы пошла. Побежала бы! – сказала Наташа. – Но твоей отец сказал ей, что, если она это сделает, какой бы ответ там ни был, ни его, ни тебя она больше никогда не увидит в своей жизни. С тех пор она немного успокоилась.
– Не надо ДНК, – сказала Аня. Наташа многозначительно на нее посмотрела. – Ну, правда, это только рассорит семью… Вы – мои родители. И вообще, зачем я завела этот разговор? Прости, мам…
– Да ладно, ничего. Все дети, наверное, иногда думают, что родители их усыновили, или их в роддоме перепутали. Редко, конечно, в пятнадцать лет такое на ум придет, – она улыбнулась. – Ты глянь на кошку, что с ней опять не так?
Трикси смотрела в пространство возле холодильника, водила головой, словно то, на что она так пристально смотрит, двигается. Аня сосредоточилась на завтраке.
– Спасибо за коловрат, – сказала Аня Игорю.
– А я не думаю, что это он тебя туда перенес, – ответил тот, – ты и сама неплохо бы справилась.
– Она сказала, что я еще не приняла силу, сказала, что то, что я могу сейчас – это еще не все.
– Круто! – сказал Игорь. – А ты предметы двигать сможешь? – он улыбнулся.
– Не знаю, но порчу навести точно смогу, – она рассмеялась. – Девчонки обижаются, что я с ними совсем не общаюсь.
– Так в чем дело?
– Не хочу. Правда, не хочу. Боюсь «услышать» то, после чего не смогу с ними дружить.
– Ну так не слушай, блокируй, меня же ты не слушаешь? Или?..
–Не всегда, – улыбнулась девушка, – иногда это происходит практически непроизвольно.
– Понял, буду осторожен, – он подмигнул Ане.
– Бажена сказала, что меня кто-то ищет. Кто-то, кого она называет темным.
– И что ему от тебя нужно?
– Я не совсем поняла… Но, кажется, он хочет меня убить…
Игорь промолчал.
– Сомневаюсь, что мне еще кто-то, кроме тебя, поверил бы, – сказала Аня, – поэтому я никому больше и не рассказываю.
– Ну, мне пришлось поверить, – улыбнулся тот, – я же все сам видел. И как нам теперь найти того темного?
– По-моему, он сам меня найдет.
– Э, нет, – ответил парень, – я не соглашусь. Если я правильно понял, искать он тебя будет с помощью таких же способностей, какие есть и у тебя, так? Тогда почему бы не попытаться отыскать его раньше? Ведь он этого не ждет.
– Да я, наверное, не смогу… А если даже и получится, то что мне с ним сделать? – спокойно ответила Аня. – Отругать или подать на него в суд? Пожаловаться маме с папой на то, что меня разыскивает маньяк, которого я никогда не видела? А рассказала мне об этом во сне моя «бывшая мама»?
– Будем действовать по ситуации, – тихо сказал Игорь, пытаясь успокоить девушку. – Главное, не подключать родителей, а то еще и в психушку упекут. Был опыт, знаю… Рассказал как-то маме лишнего в двенадцать лет, полгода к психологу водила… Но мы не об этом. Родители не поймут, не поверят, это уж точно. Будем выкручиваться сами.
– Будем?
– Я уже слишком много знаю, – довольно улыбнулся Игорь, – или ты берешь меня в дело, или тебе придется меня убить!
***
В 1987 году дороги не были столь переполненными автомобилями, как в наше время. Но даже тогда случались дорожно-транспортные происшествия. Хватало единичных нарушителей ограничения скорости.
