— Хуру, мать твою за ногу, дуй сюда! Тут такое… пропустишь — пожалеешь!
Через пару минут офицер Хуру торопливо вернулась с моими документами.
— Есть результат? –я оглянулся, не выпуская Санару из виду.
— Пока нет, — она покосилась на пистолет в моей руке. — Но я обо всем доложила! Нужно подождать.
— Черт… — я, подумав, убрал оружие в инвентарь. — Отойду ненадолго?
— Да ради Бога! Не торопитесь. У нас есть переговорная комната, если что!
По центру двора стояло несколько столов для досмотра. Мы встали друг напротив друга, как тогда, в святилище.
— Ну?
— Почему ты решил, что у демонов тебе будет лучше? — спросила она.
— Потому, что так сказала Ирия.
— Чем займешься?
— Я — лекарь.
— Ну да, — скривилась она. — Порой я об этом забываю.
— Что-то еще?
— Патрик… — она вздохнула. — Я не подарок, но ты хотя бы знаешь, чего от меня ждать. Что будет там — не известно. Ведь было у нас и что-то хорошее?
— Было, Санара. Это называется доверие.
— И все? Больше ничего?
— Об этом следовало подумать раньше. До того, как ты вылила на меня поток дерьма. Видела бы ты свое лицо, когда все это высказывала. Сколько в нем было желчи… Я никогда не верил слухам, но теперь буду прислушиваться.
— Патрик, я была не в себе после разговора с Вакарди. Мне и в голову не пришло, что он меня провоцирует. У него договор с Альянсом. Ты ведь прекрасно понимаешь, что случившееся — трагическая ошибка.
— Кнут, нить… Какая разница? Ты хотела сделать больно, и ты сделала. Знаешь, у меня словно глаза открылись. Я видел тебя такой, какой хотел видеть. Думал, что нужен тебе, старался помочь…
— Если бы ты знал, как я сожалею!
— Прости, Санара, но сейчас ты мне противна. Как и все, что с тобой связано. Я думал, что успокоился, но нет. Ком до сих пор стоит в груди. Я не хочу зависеть от твоей прихоти. Ты побоялась, что я захочу забрать у тебя Дастан, верно?
— В том числе, — признала она. — Патрик, мне тоже больно. Но случившегося не изменить, как бы я ни хотела. Я такая, какая есть. Все, что я построила, все, что свершила — делала как умею. Но я готова меняться! Только подскажи, как?
— Я не верю тебе, Санара. Все, кто встанет между тобой и Дастаном будут раздавлены и перемолоты. Мне хватило одного раза, чтобы это понять.
— Может ты и прав. Я отдала городу десять лет жизни. У меня больше ничего нет. Ради чего мне еще жить?
Между нами повисла гнетущая тишина. Похоже, она и правда что-то чувствовала ко мне. Но я чувствовал лишь отторжение и обиду, засевшую глубоко в сердце.
— Я читал твои письма. Угрозы и извинения, через одно. Тебе бы определиться чего ты на самом деле хочешь. Ты — хороший правитель, Санара. Ты на своем месте. Не нужно себя ломать ради кого-то вроде меня. Мы попробовали, у нас не получилось. Это ведь изначально был фиктивный брак, помнишь?
— Я позабыла об этом… Как и о том, для чего все задумано. А как же Альбер? Ты предашь его память?
— Все, что касается его дневников, я передал Гае. Она знает где их искать. Он был бы рад этому.
— А Дастан? Как быть с Альянсом?
— Я верю в Норма, он справится. Таша поможет. Ксандр тоже не станет стоять в стороне. Ведь я не стратег, не полководец. Всего лишь военный медик, пусть и со светлой головой. Один обиженный калека погоды не сделает. Просто дай им волю и не поступай как со мной. Альянсом руководят отнюдь не идиоты, я всего лишь перенял идею. А эта троица доведет дело до конца, вот увидишь. Альянс охренеет.
— Меньше всего на свете я думала о том, что все может так сложиться. Так резко, глупо и внезапно… Неужели все кончится здесь, Патрик? Я до последнего надеялась, что ты просто решил показать характер. Но мой дар говорит об обратном. Ни слова лжи…. Мне правда жаль…
— Мне тоже Санара. Мне тоже…
— Болит?
— Чешется, сил нет, — выдохнул я удрученно.
— Мне это знакомо, — улыбнулась она грустно.
— Знаешь, как бы дико не звучало, но рука отрастет через пару месяцев. Это маленький бонус от виверны. У нее очень сильная регенерация.
— Я рада. Очень рада, правда! Может, когда она отрастет, ты дашь мне второй шанс? Если не как жене, то хотя бы, как другу? Никто не знает, что снами будет завтра. Я ведь не враг тебе, Патрик!
— Мысль мудрая, но запоздалая… — оценил я вскользь. — Как Рауф? Ты ведь сделала его наместником?
— Да. Справляется, но совсем перестал улыбаться. Если бы не чувство долга, он бы ушел вслед за тобой. Боится сказать лишнее слово. Теперь они все боятся.
— С чего бы?
Санару болезненно передернуло. Фиолетовые огоньки в ее зрачках на миг всполохнули, но тут же угасли.
— Патрик… прошу, забудь все, что я сказала в тот вечер. Все это… лишь слова усталой, раздосадованной женщины. Да, был соблазн лишить тебя свободы на какое-то время, но только чтобы удержать. Чтобы ты остыл и… простил меня. Звучит глупо, но, ничего лучше я придумать не смогла на тот момент. Пусть я и спустила всех собак, но не появись ты в таверне вовремя, матушки и отца могло уже не быть в живых.
