— Как хорошо, что ты со мной рядом… — проговорила она и уткнулась лбом в мои колени. — Я очень люблю матушку, не суди ее строго. То, что она со мной сотворила, было сделано в отчаянии. Только так я могла спастись. Но сначала я должна была отомстить. Я сотворила страшное, Патрик.
— У меня нет права тебя судить. Так же как и твою матушку. У вас тут свои законы… Хм. Видишь, я уже цитирую Санару.
— Не говори мне о ней. Я все еще хочу оторвать ей голову. Или руку. Ту, что еще своя.
— Не буду. Надо бы застегнуть платье на твоей матушке как следует. А то подумает чего лишнего.
— Оставь как есть. Если она очнется, то точно влипнешь. Я просто укрою ее. Так будет лучше.
— И то верно, — усмехнулся я. — Жаль команда все видела.
— У нас наготой никого не удивишь, Патрик. Они видели, что ты спас ей жизнь, а это куда важнее. Даже с одной рукой ты сотворил чудо.
— Скажешь тоже. Случайность, одна на миллион. Мне просто повезло. Не будь планшета, все было бы иначе.
— Может быть. Но случилось то, что случилось. Спасибо тебе, мой господин…
Остаток ночи я провел поглаживая волосы Натали и вслушиваясь в дыхание ее матери. Чай оказался отличным, на редкость ароматным и бодрящим. Я не сомкнул глаз до самого рассвета. Все думал… думал… думал…
Госпожа Тша проснулась ближе к шести часам утра, к искренней радости Натали. Я рассказал Ее Чести, что с ней случилось и та без всякого стеснения скинула с себя платье, чтобы я мог прослушать и осмотреть ее еще раз.
— Шумов в сердце я не слышу, но вам нужен хороший полноценный отдых и правильное питание. Уж не знаю как у демонов но у людей недостаток железа в крови — это плохо.
— О, пожалуй, сейчас я могу себе это позволить, — она одарила меня мягкой улыбкой. — Теперь заботы о благе народов лежат на ваших плечах, Патрик. Кажется, теперь и я обязана вам жизнью?
— Пусть это будет компенсацией за ваш палец.
— Как пожелаете… — она взглянула на приросший мизинец, отрубленный мной в Тарсисе. — Я не боюсь смерти, Патрик, но не хотела бы оставлять дочерей сейчас, когда мы снова вместе.
— Кудамы летим?
— Анасис — бывшую столицу бывшего королевства. Она в самом центре наших земель, оттуда можно быстро добраться в любой конец Васаи. Основные верфи и войска тоже сосредоточены там. Мы скопили много ресурсов и рабочей силы, чтобы хорошо подготовиться. В каком-то смысле мы тоже живем без магии, Патрик. Как и в вашем мире, нам все приходится делать руками. Конечно есть люди с навыками, которых мы переманили жить к себе, но это капля в море.
— А медицина? Как дела обстоят с ней?
— Как вам сказать? Не то чтобы совсем плохо… Видите ли, демоны, в принципе, сильнее и выносливее людей, болеют редко. У нас есть маги, есть лекари, что обходятся без нее. Есть хорошие травники и алхимики. Но есть и шарлатаны…
— Живая броня, гомункулы?
— Тоже имеют место быть. В основном на их производство монополия у государства, но есть и отдельные мелкие производители. Если умения и знаний хватает, почему нет?
— Ясно. Знаете, я понятия не имею как у вас все устроено. Мне нужно время, чтобы разобраться. Вы ждете от меня результата, но прежде всего я не должен навредить. Понимаете о чем речь?
— Вы боитесь, что демонический народ не воспримет человека у власти?
— И это тоже, госпожа Ринайя.
— У нас очень жесткая дисциплина, Патрик. Свобода слова имеет право на жизнь. Люди могут болтать что вздумается абсолютно безнаказанно. Но любые поползновения в неверном направлении жестко пресекаются.
— Попахивает диктатурой, — негромко заметил я.
— Последние десять лет не назовешь сладкой жизнью. Мы стараемся действовать в интересах большинства, чтобы агенты Альянса не поднимали головы, не было голода, расовой ненависти, и повторения былых ошибок. Если кому-то не нравится по эту сторону границы, мы не препятствуем выезду. Особо ретивых, после серьезной беседы, выдворяем за пределы наших земель. Ну, а если уж совсем не понимают слов… на каменоломнях всегда есть работа.
— Я понял. А что с богами?
— Ну, больше всего у нас почитают Ирию, как вы знаете. Но имеются и храмы всех Богов. В каждом крупном селении. Построены часовни. У людей и зверолюдей есть и другие благословения. Каждый имеет право на свою веру. Кстати об этом… Патрик, а это правда, что вы в состоянии исцелять и людей, и демонов, и, даже, отродья?
— Да, это так. Думаю вам можно об этом сказать. Ирия благословила меня первой. Когда остальные Боги отвернулись, она явилась мне и сделала это лично. Без всяких условий, только потому, что это несправедливо.
— Наша богиня мудра и дальновидна, — госпожа Тша произнесла короткую хвалебную молитву. Буквально три — четыре слова.
— А где ваша вторая дочь? — осторожно спросил я.
— Здесь. Старается изо всех сил не попадаться вам на глаза. Сурей вас пугает?
— Меня пугают ее нити.
