Посмеявшись над собой, мы разошлись. Уже в своей комнате, я снял бронежилет, берцы и остальную одежду. Нити куклы порезали решительно все. Даже на баллистической пластине нагрудника остались следы. Как ни жаль, теперь надеть я это уже не смогу. Противоосколочная ткань тоже пришла в негодность. Если бы не она, порезы по всему телу были бы куда глубже. Какое все-таки жестокое и варварское оружие… Резать людей нитями на части, не давая даже шанса на спасение. Нет, это не оружие воина. Это – оружие убийцы. Впрочем, какой ровный и безболезненный рез! Надо бы изучить эту штуку.
Горничная принесла теплой воды и таз. Она бережно омыла мое тело. Тут уж не до стеснения. Но на настойчивые требования снова позвать Альтурию, я ответил решительным отказом. Порезы от нити саднили, но дергать ее по пустякам не хотелось. Вручив Тис перекись водорода и тампон, я повернулся спиной.
Сегодня адмирал решил больше не беспокоить. Приходила его адъютант, справиться о здоровье. Доложила, что корабли останутся на рейде до следующего утра, и тут же ушла. Отродья и след простыл…. Я попросил у горничной вина, каких-нибудь колбас, зелени и хотел проводить за дверь. Но та наотрез отказалась, решив присмотреть за мной ночью. Но дверь я все равно запер. Хватит незваных гостей.
Ночь выдалась душной. Отрезанный палец главы совета беспокоил меня недолго. Поделом! Дама богатая, сама справится. Тис тихо посапывала на кушетке, а я раскинулся на постели в чем мать родила. Ворочался, ворочался… перепачкал простыню своими порезами. Уснул только когда открыл окно настежь. Снилась всякая гадость, стонал во сне, наверное, даже кричал… Видения из прошлой жизни иногда всплывали в памяти, превращаясь в ночные кошмары. Но потом, вдруг, стало как-то легко. Посветлело… Чьи-то прохладные руки легли намою грудь. Стоп! И правда легли!
Я резко открыл глаза и дернулся. На краю постели сидела она – блондинка. Та самая богиня целителей, которая еще утром крыла меня трехэтажным матом. Но, сейчас, она не казалась такой уж стервозной. Будто подменили.
- Исидис? Что…. Что вы здесь делаете?
- Исцеляю раны, уж больно их много у тебя.
- Спасибо конечно… А разве вы можете покидать храм?
- Конечно. Я Бог, а не оракул. Мне можно все. Вот, решила снизойти сама, раз ты такой гордый. Можно твою руку?
Она взяла с тумбочки мизинец, обложенный льдом. В ее изящных пальчиках он сразу порозовел, стал как новый. А потом прирос на место, как будто так и должно быть.
- Теперь мы можем поговорить? – улыбнулась она напряженно.
- Теперь вы можете даже спать в моей постели… - выдохнул я сгибая приросшую плоть.
Она уставилась на меня как-то странно.
- Ох… простите, неуместная шутка. Я немного не в себе, знаете ли… Сегодня хороших новостей – по пальцам одной руки пересчитать.
Она звонко рассмеялась, разбудив Тис. Едва завидев Богиню, горничная упала на колени.
-Тише, девочка, тише… я не хотела тревожить твой сон.
- Простите, о милостивая Исидис, мне выйти?
- Останься, - улыбнулась богиня. - Отдыхай, а мы с наместником немного поговорим.
- Но… он же голый!
Тис бросила простыню и я быстро прикрыл весь срам.
- Признаться, не ждал гостей. Так о чем вы хотели…?
- Прежде всего, я хочу знать, что движет тобой. Почему ты поднял мой флаг, не имея на то права? Что ты хотел этим сказать?
- Да ничего особенного. Я медик. Здесь много раненых. Всего лишь обозначил лазарет. В моем мире — это белый флаг с красным крестом. Здесь - с крыльями… Не думал, что на это нужно разрешение.
— Ты лечишь людей несмотря на то, что не имеешь благословения. Мало того, у тебя получается. Ты бьешься за каждую жизнь не жалея себя, но не моргнув глазом истребляешь других людей. А потом лечишь и их тоже! Как тебя понять?!
- Опять за рыбу деньги… Прежде всего я - солдат, потом уже все остальное. И я по эту сторону баррикад. А там – враг! Воинский долг никто не отменял. Добро должно быть с кулаками! И потом… те кто готов убивать беззащитных, по моему глубокому убеждению – нелюди. К слову, они были вовсе не безоружны. Вы знаете, кто был привязан к бортам кораблей?!
- Да, я знаю об этом, - вздохнула она. - А пленные?
- Странный вопрос. Так они тоже беззащитны. Сдались, бросили оружие. Да, я оказал помощь, но друзьями мы не стали, поверьте. Дальше допрос и справедливый суд. В Солусе, я полагаю.
Богиня задумалась. На ее лице проступила странная улыбка.
- Кажется, я поняла. Теперь ясно, почему Ирия обратила на тебя внимание. У тебя обостренное чувство справедливости. Ты воин в душе, и готов убивать. Но не ради славы. Ты любишь жизнь, но готов умереть, ради того, чтобы жили другие. Как ни парадоксально звучит, но тобой движет любовь…
- Да при чем тут… Кто-то ведь должен? Просто у меня получается. Я вообще кузнецом хотел стать. Не сложилось…
- Оракул, что касалась твоего разума, мне многое показала. После нашего прошлого разговора я была в бешенстве. Но, когда немного остыла, решила узнать о тебе побольше. Твой мир тоже жесток.
- Да нормальный у меня мир. Идиотов бы только поменьше. За палец спасибо, конечно, и вообще… Так зачем вы на самом деле пришли?
