– Это была ложь во спасение. Не самый страшный грех.
– Спасибо, Джон.
– Полагаю, в следующий раз, когда вы встретите кого-то вроде меня – другое разумное существо, ступившее на этот путь, – вам больше не придется лгать?
– Не придется.
– Тогда забудем об этом. Я рад, что все так обернулось.
Джон уже собирался выйти на свет, но тут кое-что пришло ему в голову. Он с трудом сдержался, чтобы не расплыться в улыбке.
– Но я не могу вас отпустить, не попросив напоследок об услуге. Конечно, вы и так очень много сделали для меня…
– Мы постараемся исполнить любую твою просьбу.
Джон указал на зеркально гладкую поверхность плато, на хоровод паломников вдалеке.
– Я сейчас выйду на гору Павлина. Но я не хочу напугать их до смерти, просто появившись ниоткуда, без предупреждения.
– Что ты задумал?
Джон по-прежнему указывал на плато.
– Пусть кое-что появится прежде меня. Учитывая ваши возможности, вряд ли это вас затруднит.
– Что именно?
– Белое фортепиано, – ответил Джон. – Но не просто какое-то там старое пианино. Рояль «Бёзендорфер». Я когда-то был им, помните?
– Но этот, вероятно, должен быть меньше?
– Да, – кивнул Джон. – Намного меньше. Настолько маленьким, чтобы я мог сидеть за клавишами. Хорошо бы поставить рядом табурет.
Стремительные машины мелькнули в воздухе со скоростью молнии. На плато сгустился рояль, а затем и табурет с красной подушкой. Один или два паломника наблюдали за их появлением. Они бурно жестикулировали, и новость разлеталась во все стороны.
– Это все?
Джон поправил очки на переносице:
– И последняя просьба. Пока я иду к табурету, я должен научиться играть на фортепиано. Я раньше играл музыку, но это было другое. Теперь мне нужно делать это руками, по старинке. Вы сможете это устроить?
– Мы многое знаем о музыке. Пока ты идешь к «Бёзендорферу», мы успеем запрограммировать твои нейроны. Возможно, слегка заболит голова…
– Это не беда.
– Мы только хотим уточнить… ты собираешься сыграть что-то конкретное?
– Вообще-то, – сказал Джон, разминая пальцы перед выступлением, – есть у меня на примете одна песня. Кстати, она о Марсе.
