– У Темного города везде глаза и уши, – ответил Тайганак. Мочки ушей у него приросли к скулам. Череп длинный, вытянутый, как у горного козла. – Я к тебе зачем пришел, уважаемый. Видел, как ты сурово с Восьмерками разделался. Мне как раз напарник боевой нужен, дельце надо обтяпать выгодное. Хочу тебе предложить.
Медоед выпил сока, сыто вздохнул и удовлетворенно откинулся на спинку стула. Благосклонно посмотрел на собеседника.
– Что за дельце?
Тайганак навалился грудью на стол.
– Есть здесь киборги с Даньского квартала. Никому не подчиняются, сами дела ведут. С востока приехали. Человеческие органы и торговля детьми… Торговцев крышуют. Наркотики, само собой.
– Забавные ребята, – сказал Медоед, стараясь не показать, что не понял и половины из сказанного.
– Ага, – Тайганак улыбнулся. – Так вот, я хочу их грабануть. И мне нужен напарник.
– А друзей у тебя нет, что ли? – подозрительно спросил Медоед.
Тайганак презрительно усмехнулся.
– Есть, но у них вместо яиц мыльные пузыри, оказывается. Обделались, когда я предложил.
– Угу, – промычал Медоед, рассматривая собеседника.
– Поэтому, как только тебя увидел, сразу понял, что это тот, кто нужен, – возбужденно прошептал Тайганак. – Понимаешь, мне деньги нужны для вступления в Синдикат. Взнос сто тысяч, у меня есть пятьдесят. С даньских киборгов минимум двести тысяч снимем, поделим поровну, мне на взнос хватит.
– Заманчиво, – протянул Медоед и допил сок.
– Ты ведь еще впервые в наших краях, я в Синдикате за тебя словечко замолвлю, – пообещал Тайганак. – С тебя все равно за наезд на Восьмерок спросить могут.
Медоед встал и направился к выходу. Тайганак удивленно замолчал.
У двери Медоед обернулся.
– Ну, чего застрял? Пошли, времени мало.
Тайганак вскочил и побежал следом.
Спустя час они стояли на крыше небоскреба. Напротив, на последнем этаже другого небоскреба, чуть ниже по высоте, светился разноцветными огнями ночной клуб «Жемчужина». Внутрь не зашли, не к чему.
Середина ночи, в клубе полно народу. Стальные двери с шипением открывались, то и дело выходили парни и девушки в диковинных костюмах. А еще из клуба вылетали дроны. С жужжанием разлетались по улице, разнося напитки и закуски. На вертипорты садились сверкающие аэромобили.
– Еще полчаса и они выйдут, – сказал Тайганак. – Всегда в это время выходят. По графику живут, говнюки.
– Только трое? – уточнил Медоед.
– Ага, – кивнул Тайганак и потер макушку. – Казначей с бронированной переноской для хранения битов. Два телохранителя.
– Маршрут тоже всегда одинаковый?
– Ага, я же тебе показал. Как будем работать?
– Будем брать их в «Прямой кишке», – заверил Медоед.
Еще через полчаса они перебрались на крышу многоэтажного дома. Заброшенные здания в двадцать этажей стояли здесь сплошной линией, темные и мрачные. Между ними остался узкий проход, похожий на бездонную пропасть среди скальной гряды. Завидев это место на карте, грабители сразу назвали его «Прямой кишкой».
Издали, с северо-востока, показались стремительные огни аэрокара.
– Это они, – негромко сказал Тайганак, включил ракетный ранец и натянул на голову защитную маску.
Аэромобиль замедлил полет, снизился и нырнул в пролет между домами. В конце прохода находился вход в штаб-квартиру группировки и начинался Даньский квартал. Они неизбежно должны были здесь притормозить.
– Ну все, поехали! – сказал Медоед и прыгнул вниз, навстречу быстро скользящему меж домов аэромобилю.
В животе екнул ком нервов, подскочил вверх, к горлу. Не прошло и секунды, как Медоед налетел на ничего не подозревающий аэромобиль. Ударился всем телом, охнул и соскользнул было вниз, но вовремя растопырил руки и вцепился когтями в обшивку.
Машина накренилась вниз, сбилась с курса и врезалась в дом. Внутри слышались отчаянные крики киборгов.
Машина разбила окно и влетела в дом, кажется, на уровне девятого этажа, обрушив при этом часть стены. Медоед каким-то чудом удержался на капоте.
Потряс головой и слез с аэромобиля. На карбоновой обшивке остались дырки от его когтей. На крыше лежали пыльные обломки кирпичей и куски штукатурки.
Медоед подошел к измятой двери, схватил ручку и рванул на себя.
Сначала ничего не случилось и он решил, что киборги свернули шеи.
А потом из салона ударили автоматные очереди. Очень меткие, надо признать. Пули прострочили грудь и голову Медоеда, отбросили назад и продолжали с визгом впиваться в тело.
Снаружи взревел реактивный ранец, синяя ночь озарилась светом огненных струй, вырвавшихся из небольших сопел. Сверху слетел Тайганак. В руке портативный гранатомет.
Он завис в воздухе напротив развороченной квартиры и навел оружие на нее. Улыбнулся лежащему Медоеду.
Автоматы умолкли.
– Эй! – торопливо сказал Медоед. – Мы так не договаривались. Это же потом надо было…
Он попробовал вскочить, но гранатомет бумкнул три раза подряд. Квартира наполнилась огнем, грохотом и шипящим воздухом. Стены взорвались. На Медоеда обрушился потолок и он на время потерял сознание.
