—Вы довольно необычный человек, чтобы оказаться в такой ситуации. Я изучил ваше дело, и у вас нет даже штрафа за нарушение правил дорожного движения.
—Это не потому, что я особенный, а потому что у меня нет машины.
Дэн Паркер воспринял этот ответ как болезненный удар по своей гордости, но прежде чем он успел что-то сказать, собеседник заметил:
—Как видите, я работаю дома и живу в двухстах метрах от Триумфальной арки. Зачем мне машина, если здесь нет гаража?
—Логично!
—В таком случае, если вы не собираетесь обвинять меня в чём-то конкретном, прошу позволить мне продолжить работать, хотя бы чтобы оплатить этот чёртов счёт. Какой удар мне нанесли, даже не удосужившись сменить простыни!
—То есть вы не хотите сотрудничать?
—Если это не преступление, то нет.
Дэн Паркер задумался над этим, понял, что решение собеседника твёрдое, и, пожав плечами, добавил:
—Как бы то ни было, я должен сообщить вам, что именно с этого номера и в это время террористическая группа Medusa выложила в сеть свой знаменитый «Манифест».
Ошеломлённый Гастон Вильяр чуть не упал с табурета, на котором обычно сидел часами, и, погрызывая ластик на конце карандаша, издал долгий свист восхищения, прежде чем произнести:
—Напасть на могущественных из одного из лучших отелей Парижа – это дерзко и парадоксально, не правда ли?
—Конечно! И это одна из причин, почему мы так озадачены. Мне нужно знать, теперь, когда вы понимаете наши причины, готовы ли вы сотрудничать.
—Ни в коем случае!
—Почему?
—Мне нравится этот манифест. Вам нет?
—Вы понимаете, что произойдёт, если эти сумасшедшие продолжат свои галлюцинации?
—Нет, но я точно знаю, что будет, если эти сумасшедшие не продолжат свои галлюцинации. Я проектирую здания, в которых люди живут и работают, а те, кого вы хотите, чтобы я помог, лишь перетасовывают деньги с одного места на другое, а это не накормит и не согреет.
—Но эта женщина насмехалась над вами самым позорным образом.
—Признаю, это меня беспокоит, но теперь, когда я понимаю её мотивы, благодарю её за то, что выбрала меня. Я наслаждаюсь этим больше, чем если бы мне удалось переспать с ней. Это удовольствие продлилось бы лишь несколько минут, но, думаю, это удовлетворение останется со мной на всю жизнь.
—А что скажете, когда ваши деньги исчезнут из банка?
—Какие деньги? Почти всё, что я зарабатываю, я должен отдать своим детям, которые испытывают трудности с ипотеками, и когда я хоть раз не отдал им деньги, они забрали их в Arc-Palace. Боже! Какая женщина! Хотел бы я снова её увидеть, чтобы поцеловать ей ноги.
Дэн Паркер смотрел на него и думал про себя, что он всё меньше понимает человеческую природу, или, наоборот, всё больше её понимает, ведь в глубине души он признавал, что и ему тоже хотелось бы поцеловать ноги красивой, элегантной и умной женщине, которая так смело бросала вызов установленной системе.
Зачем она это делает? Почему она не просто наслаждается всем, что у неё есть, а у неё, похоже, есть много?
Он выругался и, серьёзно предупреждая, сказал:
—Я буду вас наблюдать.
—Ну, теряйте время, потому что если «Сара» так умна, как кажется, я буду последним человеком, с кем она захочет встретиться.
—Вы играете с огнём.
—И мне это нравится! С тех пор как моя жена умерла, я только и делаю, что сижу на этом табурете или на барном стуле в баре на углу. Теперь я чувствую себя участником чудесного приключения.
—Если вы действительно хотите участвовать в «чудесном приключении», то лучше всего помогите мне, потому что по сетям начинают двигаться тысячи сумасшедших, вымогателей и мошенников, которые пускают глупые сообщения, выдавая себя за Medusa. Общество разделяется на две фракции: тех, кто восхваляет её, и тех, кто стремится стереть её с лица земли. Но так как мы не можем разоблачить мошенников, нам нужно что-то, что гарантирует, что эти сообщения исходят от настоящих. Вы можете помочь в этом?
—Попробую помочь, если это не поставит под угрозу «Сару».
Маленький ресторан распахивал свои двери на старом деревянном причале, к которому были привязаны две лодки, которые иногда использовали клиенты, желающие искупаться вдали от берега или заблудиться среди деревьев на противоположной стороне реки. Это место было действительно райским, хотя в тот момент, когда заведение было закрыто, оно казалось откровенно скучным.
Пока Клаудия была в поездке, что, к сожалению, занимало большую часть ее времени, так как, по ее собственным словам, ей приходилось разрабатывать «логистику, достойную высадки в Нормандии», ее муж развлекался, подкрашивая внешний вид старого здания, читая или пытаясь следовать рецептам, которые так любезно оставила предыдущая владелица. Без радио, телевидения и интернета, он проводил долгие часы, сидя на качелях, подвешенных к ветвям каштана, размышляя о происходящем и о том, что, возможно, пришло время преодолеть свои сомнения и начать писать свою книгу, хотя он по-прежнему сомневался в своей способности рассказать свою историю, а тем более в том, что она может быть полезной, ведь он никогда бы не смог ее опубликовать.