— Не понял! — пожаловался Николай. — Он ей чего, куры строит? Вот этот ээээ… чудак? И как он её назвал? Данута? Вот же… полудурок!
На взгляд Николая пан Роман, несмотря на яркий кунтуш, рядом с Дашей смотрелся как… ну, как незамысловатая домашняя птица, причём, уже ощипанная, рядом с яркой солнечной иволгой.
Дальнейшее вызвало у него полнейшее одобрение и восторг.
— Распотрошила дурика от и до! И ведь сам же нарвался… Ай, молодца́ девица! И о своих достойно сказала!
«— Я истфак университета закончила. И у меня есть свои предки, мне чужих не надо, и пусть лучше они мною гордятся, а я их просто люблю! И да… читала нам историю Польши как раз чистокровная полька, правда, она и близко не вела себя так, как вы, Роман!»
— Умница какая! — всецело одобрял Дашу Миронов. — А ну ка… дай я посмотрю, чем она занимается?
Интернет исправно выдал информацию, и Николай удивился ещё больше.
— Надо же! Какая правильная девочка. И дорогу свою нашла, и идёт уверенно, и ведь хорошо получается!
И тут сияющий праздничный настрой как-то поугас…
— Не то, что я сам. Я-то только недавно нашел, да ещё непонятно, чем всё это закончится!
Восторг от того, как Даша разделалась с глупым и самоуверенным бараном-Романом, внезапно сменился явственной опаской.
— Нда… она и меня может так же распотрошить! Тоже мне, старший сын, наследный прынц Мироновской династии… а сам-то чего добился? Старый прадедовский дом — отцовский подарок, деньги на производство взял в залог отцовских же квартир, само производство только-только заработало. Короче, прямо скажем, хвастаться нечем.
Настроение разом испортилось, словно яркая солнечная птица махнула крылом и… упорхнула прочь.
Хозяйское уныние было замечено сходу.
Как просто — всего-то свалилось тебе на руки нечто почти невесомое, чёрное-пречерное, озабоченное вовсе не мировыми проблемами, а именно тобой, и кажется, что жизнь не так уж и плоха.
— Ну, да. Жаль, конечно, но, что ж тут поделать? — хмыкнул Николай, который унывать вообще-то не любил. — Хороша Даша, да не наша! Мне работать надо, а не дурью маяться.
— Тохтыжка, — затявкал Винь, переделав имя новой подруги на свой лад, — Вот он когда говорит это «работатьнадо», куда-то от меня убегает. Надолго! Так что держи его всеми лапами. Крепко!
И они стали держать. Да так успешно, что Николай мало того, что развеселился окончательно, так ещё и продолжил свой выходной — работа-работой, а отдыхать-то иногда тоже надо!
Милана и так и этак обдумывала одну проблему…
— Сказать? Ну, с одной стороны, надо! Он её явно впечатлил, а с другой — вон Андрей с ним говорил, спрашивал, мол, может, как-то вас познакомить, а этот медведь упёрся в какие-то глупости и не хочет! А почему? Я же шкуркой чую, что она ему понравилась! Да ещё бы нет… Дашка и красавица, и умница, и успешная, и… СТОП!
Милана аж тесто месить перестала — так и застыла с поднятыми над ним руками.
— Погоди-ка… а не в этом ли проблема? Сейчас ведь выходит, что Даша гораздо успешнее Николая. А Андрей ему ещё и видео то послал… Коля запросто мог примерить себя на место панРоманаШампиньонского! — Милана машинально припомнила, чем сейчас, по слухам, занимается гордый, но не очень удачливый «шляхтич».
— Дааааа, а ведь, я похоже, права. Ну, по крайней мере, это вполне может быть! — Милана сцапала тесто и с силой стукнула им о разделочный стол — для улучшения характеристик хлеба. — Ииии, раз, ещё раз, ещё много-много раз! — сообщила она тесту.
— Как сложно с мужчинами! — пожаловалась она чёрному коту Че, который восседал на подоконнике. — Особенно с настоящими! Хотя с не очень настоящими тоже сложно. От ненастоящих трудно отбиться, а настоящих сложно привлечь и не спугнуть! — выдала она мудрый вывод, ласково приглаживая должным образом вымешанное и прибитое тесто.
— Чего это с нами сложно? — поинтересовался её муж, пришедший на грохот.
— Да вот думаю, что мне с Дашкой делать. Её достал один тип, который за ней ухаживает уже полгода. Сам он ей не очень-то нравится, но она переживает, что лучше-то никого вокруг нет. А он, блондин этот, кажется, терпимый…
— А зачем ей терпеть? Ей же, вроде, медведь наш глянулся…
— Есть такое. Более того, она несколько раз про него вспоминала. Только он-то сам что? Замуровался в вашей фамильной берлоге и упирается!
— Это да… правда, я так и не понял, почему?
— А может, из-за… — Милана изложила свою версию.
— Ты знаешь, вполне возможно! — Андрей, который с раннего утра работал, а сейчас решил дать себе отдохнуть, устало потёр виски. — Да, это вполне в его стиле. Я уже жалею, что сказал, кто она.
