— Уберите собаку от моей дочери! — возмутилась та, что постарше. — Лидия, ты не говорила, что у твоего сына какая-то… такса.
— Почему какая-то? — удивился Николай. — Это исключительно редкая разновидность такс, наверное, он такой один в России — с уникальным нюхом! Трюфельная такса! Эта порода способна найти трюфель на большой глубине, поэтому везде роет — ищет! Вы знаете, какой это редкий и драгоценный гриб? — с самым серьёзным видом уточнил Николай.
— Да, конечно! — про редкое и драгоценное гостьи знали много чего.
— Вот! И эта разновидность такс выведена именно для такого поиска, — абсолютно бесстрастно «просвещал» гостий Мироновский первенец, старательно не глядя на Лидию Андреевну. — А ещё если их немного поднатаскать, они отлично отличают подделки.
— Какие? — удивлённо уточнила одна из гостий — которая выглядела помладше.
— Да любые. Наверное, картины не отличит, а вот всё остальное — запросто! Заряженные ионы золота и драгоценных камней пахнут особым образом…
— Коля, ты же хотел собаке лапы помыть! — напомнила ему мама, улыбка которой становилась всё более напряженной.
— Да-да, но я же не договорил.
— Ой, Лидочка, дорогая, это так интересно! Я и не знала, что такие собачки бывают! — воскликнула другая гостья — постарше. — А стразы от брюликов он может отличить?
Откровенно сердитый взгляд матери, Николай предпочёл не заметить. Но лучше было не заигрываться — чрезмерная заинтересованность его особой в планы Николая не входила.
Выручил Винь. Может, он и не был способен отличить стразы от бриллиантов, подделку в людях видел преотлично и залился таким лаем, что Николай воспользовался этим и обрадованно смылся подальше от гостей, явно прибывших по его душу.
Лидия Андреевна от души развлекалась, провожая гостьюшек — те наперебой жаждали уточнить, откуда Николай взял такую редкую собачку, и бывают ли такие же, только попушистее, покрасивее, погламурнее, да что бы не лаяли? А если всё-таки только с лаем, то можно ли его как-то выключать, ну или потише делать?
— И вообще, с перламутровыми пуговицами, — вздохнула про себя Лидия.
После ухода гостей в комнату осторожно заглянул муж.
— Лидочка, может, ты словами Коле объяснишь в чём дело? — предложил он.
— Петь, ты ж его знаешь — он упёртый до… до самого предела. И мыслит весьма своеобразно — помнишь же, сколько мы с его наследными идеями настрадались.
— Это да! — вздохнул Петр Иванович.
— Ну вот… а ты советуешь просто сказать! Скажи такому упрямцу, он выслушает, поймёт как-то по-своему, а потом возьмёт и из чувства противоречия женится на… короче, на той, о которой я тебе говорила! А оно нам надо, такое сокровище в невестках? А ведь она и её семья очень серьёзно настроены! Вот я и хочу показать ему парад-алле — пусть сам выводы делает.
— А если сделает прямо противоположные? — Миронов живо заинтересовался причудливым ходом женского мышления.
— Не сможет! — уверенно сказала Лидия. — Я ж самых-самых выбрала — аж-искры-из-глаз, вот каких!
— Карикатурных?
— Именно. Вот номер один ты видел, когда они приехали. Скажи мне, что можно подумать, при взгляде на таких?
Миронов чётко и ясно охарактеризовал гостьюшек, и Лидия рассмеялась:
— Вот видишь! Я уверена, что Николай думает так же. А сейчас, когда узнает, что вечером у нас ещё гости будут, ещё и жаловаться на меня к тебе придёт! Ну, может, не жаловаться, но недоумевать.
Пётр Иванович едва сдержал улыбку, обнаружив сына, который действительно НЕДОУМЕВАЛ и нёс это дивное чувство к нему — как в детстве.
— Пап, можно? Я поговорить хотел. Ты не занят?
— Да, заходи, конечно, — радушно пригласил сына старший Миронов.
— Я не очень понял… мама тут обмолвилась, что у нас за ужином будут ещё какие-то эти… гости!
— Гости будут, да, — признал Миронов.
— Так уже сегодня какие-то мадамы были! Такие, что прямо, ууууххх, аж собаку мне напугали! Винь, бедняга, ничего не понял, но превентивно разлаялся. Пап, чего ты смеешься? Они и меня напугали — такие тупые, как в анекдоте!
— Видишь ли… их глава семейства в своё время выбрал себе жену по экстерьеру. Она очень опасалась потерять самую главную свою ценность — внешность, вот и занималась по большей части ею. Я знаю, потому что мне её муж периодически жалуется…
— Он-то куда смотрел?
— Куда-куда, на её внешний вид и смотрел. Да она, насколько я понял, неплохая, но все свои силы тратила только на внешность, так же и дочку воспитала. У них ещё сын есть — его мой знакомый сам воспитывает — вполне нормальный паренёк получился.
— А наша-то мама зачем меня в это пыталась впутать?
— Спроси у неё сам… — хмыкнул Пётр.
— Пап, она же должна понимать, что я с такой даже гм… короче, оно мне вообще не нужно! — Николаю было странно… он сто лет с отцом не разговаривал вот так — не для получения очередной суммы денег, а просто, как в детстве — для «поговорить».
— Не думаю, что твоя мама настолько неумна, чтобы этого не понимать, — весело хмыкнул отец. — Полагаю, что это делается не просто так.
