На пороге его кабинета стояла, позволяя себя рассмотреть, красивая девушка, и не просто, а очень и бесспорно красивая, да ещё потратившая два дня после приезда на посещение всевозможных спа и салонов красоты.
— Эээээ? — Николай скорее ожидал бы узреть у себя принца Гарри, случайно перепутавшего рейсы, а может скрывающегося от своей благоверной… Прямо так и представился рыжий лысоватый тип, почему-то голосом всем известного персонажа советского мультика, выдающий что-то вроде:
— Зына у меня зенсина строгая и авторитетная!
— Я вижу, вы рады меня видеть? — Cоня не очень поняла, почему у Миронова какой-то глупо-ухмыляющийся вид, но решила, что это он так удивился — индивидуальная реакция у мужчины такая.
— Просто не очень понял, а чем обязан? Мы с вами встречались, кажется, раза два… причём, последний — абсолютно случайно в ресторане.
— А в первый вы сами ко мне приехали… — нарочито нежно промурлыкала Соня, стряхивая с плеч лёгкий дизайнерский плащик.
Николай при виде гм… декольтищи и прочих признаков глобально-охмурительной атаки, решил, что святой водой поливать это уже поздно, тут только серебряные пули и могут помочь. Ну или откровенное высказывание, куда красавице надо идти!
— Да, я приехал за собакой, которую ваши же люди у меня и спёрли, приманив… как там вашу собаку зовут?
— Ооооо, так ты догадался? — Cоня расширила глаза и захлопала ресницами, отчего вентилятор обиженно поперхнулся и сбился с темпа… — Так что же ты удивляешься?
— Удивляюсь многому. В частности, чего вы здесь забыли?
— Ты же понял, что я искала твоей компании, — Соня сделала вид, будто смутилась, — Понимаешь… я… я тебя увидела и влюбилась как девчонка! Я просто не могу без тебя жить!
— Пистoлeта нет, простите не держим, здесь второй этаж — низковато… — прикидывал вслух Миронов.
— О чём ты?
— Да вот, раздумываю, каким способом ты собираешься прeрвaть свoю жизнь молодую, раз жить без меня ты не в состоянии, — сухо поведал деве вредный Миронов.
Соня с наслаждением треснула бы его стулом! Но приходилось играть роль — моральный голод, это вам не тётка!
— Милый, ты так забавно шутишь… — пропела она.
— Дамочка, дверь у вас за спиной, не промахнитесь! — парировал Миронов. — И да… насколько я помню, я вам уже сказал, что женат!
— Ах, это такие мелочи! — отмахнулась настырная Соня, плавным шагом пересекая кабинет. — Кто там у тебя жена? Иволгина? Нууу, да, я понимаю, объединение капиталов, родители настояли… но посмотри на меня! Разве можно её сравнить со мной?
— Действительно, и сравнить нельзя! Она не из змеиной породы! — Николай перехватил тянущиеся к нему изящные руки и тоскливо вздохнул…
— Кто бы мог подумать, что мне тоже когда-нибудь захочется удaрить жeнщину? Ладно, пусть не ударить, но откинуть так, чтобы она вылетела отсюда и катилась подальше!
— Коля, ну ты же понимаешь, что это смешно? Ты меня что, боишься? — рассмеялась разъяренная Калязинова.
— Сломать опасаюсь! — честно ответил Николай. — К сожалению, в законе не прописана возможность самообороны мужчины от такой как ты.
— Бедненький! Так получается, у тебя нет выхода! Смирись! Раз я так хочу, значит, так и будет! — довольно расхохоталась Соня.
— Николай Петрович, проблемы? — Миронов оглянулся на дверь и едва «ура» не заорал.
Никогда раньше он не был так счастлив видеть подчинённых Хака — Бошинова и Петровского.
— Да, они самые во плоти! — честно ответил он, придерживая Сонины запястья подальше от своего организма. — Ребята, вы не могли бы ЭТО всё убрать?
— Помогите! — слабо вскрикнула Софья, оседая на стол и картинно располагаясь на документах. — Он… он напал на меня! Спасите!
— Фантасмагория! — оценил Бошинов красоту картины. — Дракула в женском обличье, да ещё так хорошо сохранившийся!
— Да как вы смеете! Он на меня напал!
— Софья Руслановна, тут камеры стоят и запись идёт, так что особенно не старайтесь, — сухо объяснил Петровский.
Николай точно помнил, что камер в кабинете нет, но Бошинов ему подмигнул и кивнул на затенённый угол над дверью.
— ВСЕ камеры работают, — подчеркнул он. — Шеф недавно велел проверить…
А потом обратился к Калязиновой:
— Софья Руслановна, вы бы плащик накинули… лето конечно, но на улице комаров тьма, а вы, прямо скажем, скорее раздеты, чем одеты. Нет, им, конечно, вкусно будет… сначала, а вот потом, боюсь, как бы не потравились.
— Да… да как вы смеете! Вы… вы все ещё пожалеете! Вы…
— Конечно-конечно! — успокаивающе покивал Петровский, аккуратно поймав дверь, которую нежная дева на эмоциях чуть с собой не вынесла.
Бошинов подошел к окну и проследил, как сверкнули на повороте габаритные огни Сониной машины, а за ней последовала другая — неприметная и неяркая машина Котика, которому было велено проследить, чтобы эта хищница случайно не завернула к Николаю домой.
— Ну, ребята, спасибо! Выручили! — выдохнул Миронов.
— Да мы-то что? Это Кирилл Харитонович просчитал, что она к вам заявится. Вы не сердитесь, камеры мы и правда установили. Если хотите — уберём.
— Нет, спасибо! Пусть будут, — решил Миронов. — Ладно, поеду я домой! Какая уж тут работа?
