– Ты знаешь не хуже меня, что незарегистрированные двоедушники опасны, – доносился, точно сквозь ватное облако, убаюкивающий голос Лазаревича. – Опасны в первую очередь для себя самих. Я видел медвежьи следы. И хорошо понял, о чём говорил Глот. Воронцовы куда древнее, поэтому куда умнее и страшнее всех прочих двоедушников.
Белый не спорил.
Глот говорил о Матери – но кого имел в виду? Оксану? Нет, в Оксане не было той напористой, звериной силы, которая присуща существам, помнящим времена сотворения земли. Другая сила была первородной, нутряной, концентрированной, подобной силе Вороньего царя, вторгшегося в съёмную квартиру в Медвежьегорске. И маленькая Альбина, так долго пробывшая в Лесу, черпала из гигантского медвежьего следа эту хтоническую мощь. Магия гудела вокруг неё, будто облако гнуса, и сам Белый против неё был гнусом – мелким, ничего не значащим насекомым. Раздавит и не обернётся.
Он напряженно следил за меняющимися страницами сайта на экране. С крышки ноутбука подмигивала анимешная лоли, будто знала какую-то важную тайну. Тянуло тонким травяным запахом, и Белый знал, что так пахнет не чай.
– Откуда у вас ноут Малеевых?
Лазаревич снисходительно глянул поверх очков. Глаза у него были пронзительными, серыми и очень добрыми.
– За время нашей совместной работы, – сказал он, – ты должен был понять, для меня нет никаких секретов. Пока ты бегал по Лесу, мне пришли скриншоты со страницы Артёма, а теперь я удостоверился лично. Артём и Дима Малеев вели активную переписку. Узнаешь?
С экрана глядел фоторобот – лицо без особых признаков интеллекта, низкий лоб, бельмо на глазу.
Под фотографией развернулась лента переписки.
«
На аватарке у него красовался персонаж аниме.
Некто под ником Whis_per с пиксельной аватаркой, снятой явно в темноте и на плохую камеру, с лицом, закрытым балаклавой, отвечал рядом эмодзи.
Whis_per:
Darkel:
Whis_per:
Darkel:
Whis_per:
Darkel:
Whis_per:
Ниже вал дурацких эмодзи.
– Он всё придумал, – скрипнул зубами Белый.
Ещё в участке он подозревал Артёма во вранье, и нюх не подвёл. Артём врал, но врал не о смерти друга и не о том, что курил за домом. Он врал о человеке с бельмом, а полиция Медвежьегорска потратила слишком много времени и сил на поиски того, кого никогда не существовало.
Мелкий поганец.
– Придумал, но не просто так, – сказал Лазаревич. – Они покрывали кого-то другого. У этого Малеева все сохраненные страницы ведут на магические сайты, книги по чернокнижию и практические ритуалы. А ещё он живо интересовался легендами Карелии и Урала.
Прежде чем Белому показалось, что в диалоге появилось что-то значимое, новая страница развернулась и запестрела буквами:
– Я слышал эту историю от Астаховой, – вспомнил Белый.
И вспомнил человека в чёрном балахоне, невесомо бегущего по камням. Было ли это игрой воспаленного
– Беловодье, – повторил вслух. – Белая вода. Белое море. Астахова упоминала о туристе, который заметил открывшийся проход в скале где-то на Соловках. Выходит, и Никита, и Артём, и Дима Малеев видели их тоже.
Он встретился взглядом с внимательными глазами Лазаревича. Показалось или в глубине его зрачков промелькнула тень?
– Мальчишки могли просто искать сокровища, – предположил Сергей Леонидович.