— Ты поэтому не сказала Азарию? — хмыкнул он и холодно добавил: — Но твои друзья все равно узнают. Ты не сможешь вечно скрывать от них это известие.
— Узнают, но пусть это будет не от меня и не сегодня. Не хочется портить им вечер.
— Эгоистка.
— Зато честная.
Удивительно, но, несмотря на холод, надменность, равнодушие и пугающую силу, исходившие от этого человека, я чувствовала себя рядом с ним спокойно и удивительно непринужденно, как с близким другом, с которым не виделась много-много лет и которого приходится заново изучать.
— Может быть, вина? — любезно предложил Шэйн, повернувшись к залу и ища глазами официанта.
— О, нет, спасибо. Я не пью. Практически не пью, — поправилась я под скептическим взглядом парня.
— И не танцуешь?
— Я не умею танцевать вальс, — повинилась я, виновато улыбаясь.
Мне почему-то было стыдно. Возможно, потому, что каждая прилична девушка, должна уметь танцевать вальс. По крайней мере, я всегда так считаю.
— Пожалуй, я лучше пойду к себе. Завтра тяжелый день, начинается аукцион.
— Тебя проводить?
Меня очень удивило его предложение. Приятно удивило.
— Да, если не трудно, — стараясь скрыть смущение, я приняла галантно протянутую руку, и мы вошли в зал.
После тихого, погруженного в ночную тьму балкона зал ослеплял ярким светом и шумом голосов. Придерживая меня за талию, Шэйн уверенно шел к выходу. Мельком я увидела Юлию и Ворона, красиво кружащихся в танце, и довольного Азара, весело проводившего время в компании двух девушек.
— Шэйн, а кто был тот мужчина, который произносил сегодня речь? — спросила я, когда мы вышли в холл, и можно было говорить нормально, не перекрикивая друг друга.
— Гражен Орната — глава Торговой Палаты Иштара, префект мэрии по вопросам внутренней и внешней торговли. Постоянный ведущий самых важных и значимых аукционов на этом острове.
Я хотела задать еще один вопрос, но громкий, наигранно добродушных голос заставил нас обернуться и удивленно замереть.
— Какой прекрасный цветок мне посчастливилось лицезреть! — громко воскликнул полный, низкорослый мужчина в богатом, расшитым золотом и драгоценными камнями халате, обращаясь к Тергишу. — Господин, Шэйн, продайте. Это будет прекрасным дополнением моей коллекции, — и он окинул меня оценивающим взглядом.
У меня буквально челюсть отпала от услышанного. Это что, он в открытую хочет меня купить?! Возникло впечатление, что у меня на спине висит табличка: «Продается. Возможен торг».
Шэйн остался невозмутимым. На безразличном лице застыла холодная маска равнодушия. Только глаза опасно сощурились.
Я презрительным злым взглядом окинула незнакомого мужчину. Незнакомого для меня, а с Шэйном они, похоже, были знакомы. Широкое, холеное лицо, хитрые бегающие глазки, светившиеся плохо скрываемой ненавистью, тонкая щеточка усов, пальцы, унизанные перстнями и темные волосы, собранные в короткий хвост на затылке.
— Господин Шэйн, — продолжал настаивать мужчина, — я дам вам щедрую цену за эту розочку. Мы же с вами серьезные люди, я готов заплатить хоть сейчас.
Я поняла, что еще одно слово этого любителя ботаники и я повыдергиваю ему пестик с тычинками! Злость бурлила и закипала во мне, готовая выплеснуться в любой момент. Захотелось запустить в «ботаника» чем-то тяжелым. Я невольно начала искать глазами подходящий предмет и… тут мой взгляд упал на одну о-о-чень подходящую вещь. В голове моментально созрел план….
— Шэйн, продавайте, — решительно заявила я, делая знаки недоуменно нахмурившемуся парню, заглянуть мне за спину.
Он мельком глянул, хмыкнул и согласно кивнул головой. А вот «ботаник» ничего не понял, увлеченно окидывая меня довольным липким взглядом, и по-хозяйски протянул ко мне руку.
— Подождите-подождите, любезнейший! — я строго его одернула. — Давайте уточним детали, чтобы потом не осталось недоразумений и упаси Господи, недовольных.
Хотя в разговоре с этим человеком уместнее было употреблять имя рогатого нечистого, потому что один из его представителей сейчас стоял напротив нас.
— C удовольствием, красавица, — радостно согласился он, не ожидая от предполагаемой «покупки» такого воодушевленного содействия.
Его похотливый взгляд жадно шарил по моему телу, и я с трудом удерживала на лице приветливую улыбку.
— Вы точно уверенны, что хотите приобрести именно эту розу?
— Абсолютно.
— И не будете предъявлять претензий, если приобретенный товар вызовет у вас недовольство?
— Клянусь, не предъявлять никаких претензий, — торжественно, как на похоронах любимой бабушки, ответил он.
— Ну, что ж, — довольно улыбнулась я, — прошу, эта роза ваша, — и с этими словами я отодвинулась в сторону, достала из стоящей рядом с колонной высокой вазы ярко-красную розу на длинном стебле и протянула смешно вытянувшему лицо мужчине.
— Правда, я не знаю, сколько на рынке Иштара стоят цветы, но думаю, мы сойдемся в цене.
Шэйн, невозмутимо наблюдающий за моим спектаклем позволил себе чуть видимую ухмылку.
