– Думаете, он пытался меня утопить? Но зачем? Мы ведь были друзьями! И потом, если бы я умер, его бы казнили!
– У меня нет ответа. – Смотритель вздохнул. – Возможно, вы поссорились накануне, и это была вышедшая из-под контроля детская обида, или его втянули в заговор. Как бы то ни было, я видел все своими глазами. Боюсь, не подоспей я вовремя, вы бы погибли.
– Если все так, как вы говорите, почему же его не наказали?
– Ваш батюшка лишился сил, а у королевы было слишком много забот. У вас же после случившегося поднялся жар. Вы метались в лихорадке и твердили одно и то же: «Не могу дышать, помогите, вода, вода…» А спустя сутки, когда жар спал, вы ничего не помнили и о мальчишке тоже не спрашивали. Меня призвали на государственный совет, и сообща мы решили, что терзать вас расспросами ни к чему. Что же касается Микеля, советники были готовы вынести смертный приговор, невзирая на юный возраст несостоявшегося убийцы. Карл бросился им в ноги, умоляя пощадить сына. Клялся жизнью, что впредь ни один волос не упадет с вашей головы. Советники не сомневались в его преданности короне, а некоторые, пожалуй, относились к нему с опаской. В конце концов казнь заменили ссылкой. Тем же вечером мальчишку отослали в военную академию, чтобы там его научили послушанию.
– Не понимаю, – пробормотал Реми, – как моя мать это допустила?
– Вы быстро пошли на поправку, а вскоре стали управлять страной от имени хворого отца. Карл сдержал слово и следовал за вами как тень. Стражу многократно усилили. Никто не подобрался бы к вам и на сотню шагов, так что беспокоиться было не о чем. Поэтому совет счел, что не стоит посвящать ее величество в подробности.
– Что?!
Чем дольше Реми слушал, тем абсурднее ему казалась эта ситуация. Все знали, что королева безупречно чувствовала ложь. Так почему советники приняли решение, не прибегнув к ее помощи?
Ответ напрашивался сам собой.
– Спасибо, что рассказали мне все, – холодно произнес он. – Я ценю вашу откровенность, но позвольте мне самому решать, кому доверять, а кому нет. – Юноша поднялся и направился к двери. На пороге он обернулся и добавил: – И прошу больше не досаждать моему шерьеру. Забудьте, кем он был раньше. Попробуйте разглядеть, кто он сейчас.
Реми бродил по округе, погрузившись в раздумья. Он отчаянно напрягал память, пытаясь выудить хоть что-то из кусочков воспоминаний о том периоде детства, но тщетно. Единственное, что он находил в своей голове, – это обрывки сна, в котором мальчик Микель манил его за собой на дно, брал за руки и возвращал ему способность дышать, заглядывая в глаза. Он даже не был до конца уверен, что это было на самом деле.
Он сам не заметил, как вышел на берег. В последние годы река размыла его, углубив русло. Король подошел к краю, всмотрелся в неспокойную клокочущую воду. Стремительный поток несся где-то далеко внизу. На миг Реми увидел себя десятилетним: вот он падает и отчаянно барахтается, борется за любую возможность наполнить легкие воздухом.
Тут чья-то рука обхватила его плечо и резко дернула назад. Юноша повалился на землю и перекатился на спину, готовясь защищаться.
– Ты что творишь! – Сквозь шум воды до него донесся возмущенный голос шерьера. – Задумал облегчить задачу убийцам?
Лицо его выглядело взволнованным и сердитым одновременно. Реми уже собирался отшутиться, как вдруг кусты за спиной Микеля зашевелились. Король вскочил и в два прыжка очутился между шерьером и невидимым противником. Из-за ветвей высунулась седая голова смотрителя. Странно, но вместо облегчения Реми ощутил странное онемение. Кончики пальцев закололо, к горлу подкатила тошнота. Он понял, что не может вдохнуть.
– Ваше величество! Что с вами? – Старик кинулся к королю.
Микель оказался быстрее. Он подхватил юношу, опустился на траву и уложил его голову к себе на колени.
– Дыши, Реми, – повторял он спокойно и уверенно. – Я здесь, рядом с тобой. Это я, твой шерьер. Погляди на меня и сделай медленный вдох. Вот так. Еще, медленнее. Молодец.
Реми судорожно схватился за его руку. Микель продолжал говорить, пока король не задышал нормально и не разжал пальцы. От его ногтей на коже шерьера остались глубокие лунки.
– Прости… – прошептал он.
– Ничего. Я уже видел похожие приступы раньше. Тебе лучше?
– Я вспомнил. – Король проигнорировал вопрос и слабо указал на кусты. – Там были убийцы.
Смотритель опустился на колени рядом с ним:
– Какие убийцы, ваше величество? Там никого не было, только я. Вам, должно быть, померещилось…
Реми покачал головой.
– Не сейчас. Я говорю о том случае в детстве. Двое мужчин напали на нас. Мы бежали до самого обрыва. Микель… он о чем-то говорил с ними, а потом столкнул меня. М-м… – Юноша болезненно поморщился и потер лоб. – Ничего больше не могу вспомнить, сразу голова начинает болеть…
Старик уставился на шерьера.
– Что бы я ни говорил, вы все равно мне не поверите, – сказал Микель. – Просто знайте, что я пытался спасти Реми. И мне это удалось.
