Мелодия во мне полностью

– Да, очень даже. Сегодня вечером ожидается большой наплыв гостей. Не меньше двухсот человек. Все хотят попасть на первую выставку работ Хоуп. А потом еще приедет в полном составе вся команда, работающая над программой «Портреты американцев».

– Ну это твоя идея, не моя, – перебиваю я сестру.

– Ну как ты не понимаешь, что для нас значит публичность? – бросает Рори раздраженным тоном, поправляя ценники под каждой картиной. – Пиар – это пиар. Впрочем, ты никогда этого не понимала. А сегодня наша галерея востребована как никогда.

Итак, обмен любезностями состоялся.

– А что это у тебя на голове? – вдруг интересуется она.

– Берет.

– Больше похож на покореженную сковородку. Немедленно сними! – Рори резко взмахивает рукой. – А уж в сочетании с этим твоим красным свитером… Иди в офис. Там в шкафу висят более подходящие наряды.

– А что ты имеешь против моего свитера? И чем тебя не устраивает этот красный цвет?

– Для фруктового желе – нормально. Но для открытия выставки… – Рори тяжело вздыхает. – Разве не ты была инициатором внедрения у нас дресс-кода с использованием исключительно одежды нейтральных тонов?

Ах, так вот почему в моем собственном гардеробе преобладают только унылые тона!

– Я внедрила, я и передумала. Я буду в свитере.

– Хорошо, пусть так! – Следует еще один раздраженный вздох. – Но только не берет. Он при любом дресс-коде смотрится по-дурацки.

Слышится легкий стук в дверь.

– Открыто! – кричит Рори.

Появляется Джейми в сопровождении двух парней с телекамерами.

– Пойду переговорю с барменами, – бросает мне Рори. – Постарайся быть здесь хоть немного полезной.

Проходя мимо, она срывает с моей головы берет.

– Приветствую! – говорит мне Джейми и одаривает дежурным поцелуем в щеку.

Я оглядываюсь по сторонам. Вопреки наказу Рори, делать мне пока нечего.

– Можете снимать, – милостиво разрешаю я.

– Отлично! Мы мигом управимся. Ничего сложного. Мы уже сделали несколько групповых снимков, взяли пару интервью у ваших друзей и родственников. А сейчас хотим запечатлеть вас в родной, так сказать, стихии.

– Полагаете, это – моя родная стихия?

Я бросаю взгляд в окно и вижу спешащего Питера. Что-то он рано сегодня объявился.

– Интерьер галереи – это именно то, что нам надо, – продолжает Джейми этаким небрежным тоном профессионала, поглощенного своим делом. И до меня вдруг доходит, что, несмотря ни на что, Джейми, в первую очередь остается репортером, а потом уже все остальное.

Входит Питер, и нас всех словно обдает порывом ветра.

– Привет, детка! – Питер смачно целует меня в губы.

– А ты сегодня рано, – отвечаю я и тоже целую его. К моему удивлению, он тут же заключает меня в свои объятия. Какую-то секунду мои руки неловко болтаются по бокам, я лихорадочно пытаюсь оценить ситуацию. Потом прижимаюсь к груди мужа и вдыхаю запахи, которыми полнится его тело. – С чего вдруг такие нежности? – спрашиваю я, когда он наконец отрывается от меня.

– Я просто чертовски рад видеть тебя в привычной для тебя обстановке.

Глаза мужа моментально увлажняются. Новая Нелл, более душевная и сердечная по сравнению с той, какой она была прежде, не может не растрогаться при виде такой чувствительности собственного мужа. Как-никак, а он ведь тоже вложил много сил в то, чтобы я поскорее поправилась. Впрочем, прежняя жестокосердная Нелл немедленно подсказывает мне, что прошло уже несколько месяцев, а у него по-прежнему глаза на мокром месте.

– Забавно, – отвечаю я. – Пару минут назад Джейми сказал мне то же самое.

– Потому что ты и олицетворяешь это место. Все вокруг! – У Питера от волнения срывается голос.

Появляется Рори и на ходу сует мне в руку планшет-блокнот. Все происходит так быстро, что я не успеваю оценить по достоинству весь скрытый смысл его последних слов.

– Так! Ты встречаешь людей на входе, – отдает команду Питеру сестра.

– А разве это не твоя обязанность? – удивляется тот.

– Больше нет. Особенно с учетом того, сколько еще у меня других обязанностей. Кто еще обо всем позаботится и вникнет во все мелочи?

Рори говорит отрывисто и резко. Видно, как напряжены ее мышцы.

– Не с той ноги встала? – спрашивает у нее Питер, то ли пытаясь обернуть все в шутку, то ли желая поставить свояченицу на место.

Рори бросает на него испепеляющий взгляд и снова устремляется к посыльным из ресторана, доставившим заказанные закуски.

– И что это было? – спрашиваю я у мужа, пробегая глазами полученный список приглашенных гостей. Лишь немногие фамилии мне знакомы.

– То и было! Ведь раньше здесь за все отвечала ты. Торчала в галерее целыми днями. Практически жила здесь. Ты решала, в какой цвет покрасить стены, ты оплачивала все счета, ты занималась оформлением экспозиций, выбирала, как и на каком месте повесить ту или иную картину. Вот потому я и говорю: галерея – это привычная для тебя обстановка.

– Нелл! – кричит мне Рори. – Подойди сюда, пожалуйста, и расскажи им, как следует показать бар в наиболее выигрышном свете.