Командир роты приказал Скалетскому раздать весь спирт разведчикам. Грамм по 40-50 должно хватить каждому. Сам же ротный перед завтраком выпил тоже не более 50 граммов. Он даже не успел как надо позавтракать, так как за ним прибежали из штаба бригады. Срочно, сейчас же его вызывал командир бригады.
Когда вернулся из штаба бригады командир развед-роты лейтенант Степанов, то сообщил следующее: «Товарищи разведчики! Ничего не хочу скрывать от вас. Только что получены сведения, что село Усмановка, в котором мы находимся сейчас, окружено со всех сторон большим количеством вражеских танков и пехоты. По неполным данным разведки танков не менее семидесяти. У нас же нет ни одного танка. Силы далеко не равны. Бой предстоит тяжелый. Надеюсь, что мы с честью исполним свой воинский долг перед Родиной. Будем сражаться, не жалея ни крови, ни своей жизни ради победы над врагом. Победа или смерть! Других путей у нас нет.»
По всему селу и вокруг него шла спешная работа. Устанавливали пушки и минометы на более выгодных позициях. Вокруг села занимали оборону пехота, ПТР-орудия и пулеметчики. Разведчики залегли во фруктовом саду у самых крайних домиков. Тут же поблизости находился и командный пункт бригады. Здесь я рассказывать в основном буду о том, что было в поле зрения, то есть о том небольшом участке земли, где пришлось сражаться разведчикам и рядом с ними находившимися ПТРовцам и автоматчикам. А бой ведь был вокруг всего этого большого села, и очевидцам рассказать есть что.
Когда полностью рассвело, немецкие танки стало видно. Они стояли фронтом, и около них копались солдаты. Танки стояли там, где вчера и прошлые дни стояли мы в обороне. Танки не двигались и не вели огня, они чего-то выжидали. Наверно испытывали нервы русских? Два немецких самолета совсем низко несколько раз облетели над селом, но не бомбили и не стреляли. Стояла зловещая тишина. Тянулись минуты неизвестности. Все понимали, что бой будет, и не из легких. Его все равно уже не избежать, поэтому хотелось как можно быстрее встретиться с врагом. А там – одно из двух – или победить или погибнуть. А враг все молчал. Время тянулось медленно.
Тишина нарушилась сразу вдруг. Наступление началось одновременно сразу со всех сторон. Танки с десантом на броне стремительно двинулись на село. Огонь они открыли тогда, когда прошли уже больше половины. Наши пока огонь не вели, ждали, когда подойдут поближе, чтоб бить наверняка. Когда несколько танков подошло уже почти к самому селу, по ним ударили 76-мм пушки, установленные в саду и в проулках крайних домов. Выстрелы следовали один за другим. Открыли огонь и ПТРовцы из своих длинных ружей. Два танка загорелись сразу, десант с них спрыгнул, и с ними сразу же вступили в бой разведчики и автоматчики из роты Белозерова. Экипажу горящих танков удалось выскочить, но их сразу же постреляли разведчики. Десантники тоже полностью были уничтожены. И вот снова мчится танк, на ходу стреляя из пушки и пулеметов. Он мчится прямо на пушку, которая вела по нему огонь. Но вот танк остановился и вспыхнул, и в то же самое время пушка взлетела в воздух вместе с расчетом. Перед своей гибелью танк успел сделать точный выстрел. С десантом танка тут же моментально расправились разведчики, но и у самих разведчиков были уже убитые и раненые.
Раненых уносили в подвал полукаменного дома, где находился штаб бригады. Подвал был большой и прочный, а штабных работников там почти уже не было никого. Всем приказано взяться за оружие.
Снова прямо на наше расположение шел танк. Не доходя до села, он остановился и начал прямой наводкой бить из пушки, одновременно ведя огонь из пулеметов. Бил точно. Почти все ПТРовцы вышли из строя. От пулеметного огня много вышло из строя разведчиков и автоматчиков. Танк стоял на таком месте, что к нему не было возможности подползти, чтобы забросать его гранатами. В дом над подвалом угодило несколько снарядов, но там уже наверно никого не было, все перебрались в подвал. Пушки, которые находились поблизости от нас, все вышли из строя. С каждой минутой убывали и люди.
Тяжело ранило подполковника – работника штаба. Несколько пуль пробило насквозь грудную клетку. Когда я делал перевязку, у него из горла шла кровь. Двое разведчиков, какой-то мл. лейтенант и, кажется, еще ординарец подполковника. осторожно понесли его на плащ-палатке в подвал. У самых дверей подвала от прямого попадания танкового снаряда все они погибли вместе с подполковником. Осталось два шага до укрытия, и вот сразу пятерых как не бывало.
