В первый же день приезда Азали, когда боевики убедились, что он тот самый, о котором им по закодированному «Скайпу» из Турции сообщил Хабиб, Петр начал выяснять, что у них есть из огнестрельного оружия.
– Мы еще год назад по наводке Хабиба в Орджоникидзевской купили пистолет у Дирара и Хайрулаха, – похвастался Аслан Байматов, поглядывая на брата. Тот кивнул одобряюще. – Он, правда, самодельный, девятимиллиметровый, переделанный из газового, что ли.
Петр удовлетворенно похлопал по плечу Аслана.
Они сидели на кухне – такой же микроскопической, как и все комнаты в этой двушке. За квадратным столом, близко друг другу, упираясь коленями в ножки стола.
– Где прячете? – уточнил он. – Мой-то всегда при мне, – Петр показал кобуру, отведя в сторону полу легкого спортивного кроя пиджака.
– На Дьякова квартиру снимали, теперь на Псковских десантников. Там и прячем. А можно посмотреть? – Шамиль жадно протянул руку.
Петр достал ТТ, вынул обойму и протянул ему пистолет.
– Иракский? – оценил Шамиль оружие. – Мне доводилось стрелять из ДШК[81], ЗУ-23[82], из ПЗРК[83] «Игла», минометов и гранатометов. А такие, – он взвесил на ладони пистолет, – я видел у американцев, трофейные из Ирака.
Это замечание неожиданно больно задело Горюнова. Он находился в Багдаде во время американского вторжения, пережил всё вместе с обычными иракцами, и бахвальство трофеями вызвало у него внутреннее бешенство. Но он не показал и виду.
– Мало оружия, – Петр вщёлкнул обойму и спрятал пистолет в кобуру. – Необходимо еще. А как насчет СВУ? Компонентов к СВУ? Вы же подрывники.
Они переглянулись с явным воодушевлением.
– Да мы бы и рады. Но конспирацию соблюдай, отчитывайся без конца, – Шамиль спохватился и сказал. – Я понимаю, отчитываться необходимо, но ведь главное – работа. А они нам передали только карту памяти с инструкциями по изготовлению «коктейля Молотова» и поясов шахидов. Мы-то готовились к серьезному делу.
– Нам нужны и короткие, и длинные стволы, мы должны быть вооружены на случай задержания, чтобы продать жизни подороже, отправить в ад побольше неверных, – витийствовал Горюнов, угощаясь долмнашем – так назвал голубцы в кастрюльке Шамиль.
Баранина, бережно завернутая в капустные листья, сваренная в томатном соусе с добавлением картошки, – слишком сложное блюдо, чтобы они приготовили его сами, тут женщина приложила умелые руки. Хабибу братья рапортовали, что в целях конспирации не сообщали даже близким, что вернулись в Грозный в ноябре 2013 года. Но когда на стол вслед за долмнашем последовали чуду – пирожки все с той же бараниной, Петр был уже уверен, что, если не к матерям, то к женам боевики наверняка наведываются. Совсем молодые парни, чтобы умерщвлять плоть и наживать гастрит.
Им в эйфории от мнимого могущества, крутизны после обучения в Сирии в засекреченной группе подготовки террористов ИГИЛ[84] дом в Грозном казался местом безопасным. Они пережили бои около Атмы, не пострадали от шальной пули при охране Кафр-Хамры, так чего бояться местных правоохранителей? Отсюда могло быть и пренебрежение правилами конспирации.
– Надо будет связаться с Хабибом, – Шамиль протянул Петру кружку с чаем, налив из чайника, не вставая, всего лишь повернувшись на табурете. – Вот вы бы с ним и поговорили, что пора нам приступать к делу. Сколько времени сидим. В час по чайной ложке, – он прищурил и без того маленькие глазки. – Деньги дают нам понемногу, а с людьми, у кого можно купить оружие, не знакомят, словно не доверяют. Когда вернулись из Сирии через Измит, нам дали только две тысячи баксов.
– Как вы с Хабибом контактируете? – вопрос не прозвучал праздно или подозрительно. Горюнов сразу им пояснил, что отдельного канала связи Хабиб ему не давал, предполагалось, что он сможет с ним войти в контакт через братьев.
– По интернету, по «Скайпу». Часто меняем симки. Связываемся по «Ватсапу»[85] или «Телеграм».
Переговоров по «Скайпу» Горюнов избегал, хотя жаждал увидеть лицо Хабиба. Но в то же время не хотел демонстрировать свою собственную физиономию. В итоге он написал дагестанцу по «Ватсапу», что прибыл на место, вошел в контакт с Абдуллой и Абдурахманом и высказал недоумение, почему они стагнируют уже столько времени в бездействии, ведь падает их моральный дух. Писал по-русски, с намеренными ошибками, коряво, с мучениями, как истинный араб, кое-как, по мере сил и необходимости, освоивший русский язык.
Горюнов преследовал цель спровоцировать игиловцев на активные действия. Взять этих орлов с самодельным пистолетом – это не та добыча, на которую он рассчитывал. А то, что боевики способны на большее и жаждут большего, он понял сразу, иначе в Сирии не тратили бы такие деньги на их подготовку. Не скупились даже на боеприпасы, чтобы обучить их владению всеми видами оружия. Где им могло понадобиться использовать ПЗРК «Игла»? Или зушки? Может, они собирались, объединившись с другими группами, организовать разветвленное подполье и штурмовать, к примеру, Грозный или Гудермес? Кто знает, что им в голову взбредет?
