К тому времени, как я пересекаю мост и въезжаю в городок, каждая клеточка моего тела уже звенит от напряжения, звуча как оглушительный хор желания. Я планировала вернуться в домик на пляже, чтобы взять себя в руки, и только потом позвонить ему. Но проезжая мимо «У Джимми», мое тело берет управление на себя. Мои руки, как одержимые, вдруг дергают руль, и машина с визгом сворачивает на стоянку.
«Камаро», дергаясь, останавливается. Я задыхаюсь. Итак, я здесь, так близко, и моя нервозность снова вернулась. Ведь то, что он позвонил и выразил желание поговорить, вовсе не значит, что он не злится или что хочет строить отношения. Он по-прежнему может быть в ярости из-за Дэниела или…
«Хватит раздумывать, поднимай свою задницу!»
Я поскорее вылезаю из машины, прежде чем смогу изменить свое мнение, и даже не останавливаюсь, чтобы посмотреться в зеркало заднего вида. Захлопываю за собой дверь и пересекаю стоянку быстрыми шагами. Нервы выделывают безумные танцы у меня в животе.
Открыв двери бара, я захожу вовнутрь. Сейчас раннее утро, поэтому здесь довольно пусто: несколько парней играют в углу в бильярд и пару человек завтракают в кабинках вдоль стены. Я окидываю зал взглядом, жадно ища его следы. Я даже не знаю, работает ли он сегодня, только понимаю, что не могу ждать ни минуты, так хочу его увидеть. Меня переполняет нервное ожидание, как будто я собираюсь разбиться на тысячу осколков.
Прохожу дальше, все еще оглядываясь по сторонам. И вдруг вижу его.
Эмерсон ставит заказ за угловой столик, повернувшись ко мне спиной. Я застываю, чувствуя, как оживает каждый мой нерв, пока я поглощаю его взглядом. На нем красная футболка, которая облегает каждую мышцу широких плеч, а поношенные джинсы эффектно очерчивают задницу.
Чтобы возбудиться, мне достаточно посмотреть только на его спину. Чувствую, как краснею, и вынуждена унять свое дыхание.
Затем Эмерсон поворачивается и видит меня.
Замирает, как будто не может поверить своим глазам. Но потом выражение его лица меняется. Глаза темнеют, и во взгляде, которым он меня пронзает, столько голода, что я чувствую, как меня сбивает с ног расплавленное, обжигающее желание, затапливая всю без остатка.
«О, Боже.»
Чувствую, как подгибаются ноги, когда Эмерсон оставляет посуду на столе и пересекает комнату длинными, уверенными шагами. Я открываю рот, чтобы заговорить, но он не останавливается ни на минутку, а просто хватает меня за руку и тянет вслед за собой к дальнему концу комнаты. Я охаю от удивления, но он не замедляет шаг и не ослабляет хватку, продолжая тащить меня за барную стойку в небольшое складское помещение в конце коридора.
После захлопывает за нами дверь и изо всех сил прижимает меня к стене, по-прежнему удерживая мертвой хваткой. Я вздыхаю, чтобы перевести дыхание, меня пронзает нервная дрожь. Его жаркое и упругое тело напротив моего, его лицо всего в нескольких дюймах от меня. Я могу чувствовать биение его сердца и тепло дыхания на моих губах, посылающее дрожь по моему телу с каждым рваным глотком воздуха. Даже в темноте комнаты я вижу в его глазах желание, горящее светом тысячи огней, угрожая поглотить нас обоих.
— Скажи мне «нет», — говорит он хрипло, повторяя требование, которое предъявлял всего два дня назад. Тогда у меня не было сил ответить, но в этот раз я беру себя в руки и выдыхаю ответ. Слова срываются с моих губ со стоном чистого, отчаянного желания.
— Да.
Глаза Эмерсона победно вспыхивают, и у меня не остается ни секунды на связные мысли, потому что он преодолевает расстояние между нами и захватывает меня сокрушительным поцелуем.
Я распадаюсь на части.
Его рот требует, и я даю ему то, чего он хочет. Жадно запускаю пальцы одной руки в его волосы, а другой тяну ворот футболки, отчаянно придвигая его ближе, глубже, в меня. Эмерсон страстно извивается, и я стону ему в рот. Наши языки сплетаются, мы как можно глубже погружаемся в опьяняющее ощущение этого поцелуя. У меня больше нет границ, нет чувств, ничего не мешает потребностям его тела и наших губ. Глубоко во мне разрастается болезненная необходимость большего. Моя налившаяся грудь пылает под блузкой. Эмерсон прижимается ко мне с такой силой, что посылает дрожь желания по всему телу, но этого по-прежнему недостаточно.
«Мне никогда не будет его достаточно.»
Эмерсон прерывает поцелуй, прокладывая огненную дорожку вниз по нежной коже моей шеи, одновременно скользя руками по моему телу. Я почти разрываю его футболку, наконец-то стягивая ее через голову, пока он распахивает мою блузку и зарывается лицом в грудь, испуская долгий стон удовольствия.
О, Боже. Я провожу руками по восхитительному теплу голых плеч, задыхаясь, когда его язык танцует по моей груди. Он слегка сжимает мою плоть, отодвигая лифчик в сторону, пока, наконец, не накрывает ее ртом, и тогда я улетаю. Откидываю голову назад и тону в наслаждении, которое дарит его твердый, влажный язык. Он нежно облизывает и покусывает меня, пока я отчаянно, до боли жажду продолжения, и тогда он наконец накрывает губами мой сосок и начинает грубо его посасывать.
«Святые угодники!»
