— Управиться, конечно? — ворчал, садясь в машину Михаил, — сначала весь мозг мне выпьет, а потом управиться… Интересно какие же эмоции у него были, когда он пах яблочным вареньем? При каких обстоятельствах Копилка их унюхала? А? — Исайчев обернулся, увидел, как Ольга внимательно рассматривает усадьбу Мизгирёвых. — Сволочь ты, Мцыри! И думать так не смей о своей жене. — Михаил резко козырнул двумя пальцами, поднеся их к виску, — Есть, товарищ майор! Сволочь!
Исайчев иногда работал в паре с Васенко. Они по темпераменту, логике мышления и отношению к жизни были совсем разные и все же, именно это помогало сослуживцам успешно распутывать сложные заковыристые «дела». Михаил завидовал способности Романа переключаться от рабочих вопросов на бытовые. При этом Исайчев замечал, как ловко капитан успевает высказаться и там и там, не теряя первоначальной нити разговора. Сам Михаил старается не принимать опрометчивых, поспешных решений в экстренных ситуациях «берёт паузу» и тщательно обдумывает предстоящие действия. Это происходит у него без каких-либо усилий — он такой от природы. Роман же не терпит медлительности. Васенко энергичный, работоспособный, с богатой мимикой болтун. Может разговорить любого даже совсем мутного собеседника и выудить из него то, что он не поведал бы никогда. Сейчас именно эта способность Васенко интересовала Исайчева более всего. Михаил, напротив, мог смотать добытую коллегой информацию в один клубок и сделать неожиданный и чаще всего правильный вывод.
Ольга проводила взглядом удаляющуюся машину мужа, обернулась и с удивлением заметила, как утреннее солнце причудливо высветило территорию усадьбы. Оно разделило пейзаж на две части. Одну, ту что была за домом, укутало мглистой дымкой, спрятав деревья, кустарники и мелкие хозяйственные постройки, оставила только намёки на них в виде тёмных выступающих кое-где фрагментов.
«Вероятно, там вода, — подумала Ольга, — туман густой и кажется в нём плывут горы»
Часть территории перед домом, наоборот, казалась высвеченной мощным прожектором. В его свете влажная листва деревьев и газонная трава посверкивали неестественно ярким изумрудным цветом. Растения на клумбах и вдоль идеально вымощенных природным камнем дорожек, выглядели только что нарисованными блестящей пока ещё не высохшей краской.
Ольга оценила ухоженность усадьбы, сделала выводы: у профессора есть садовник. Не сам же он скачет по деревьям? Немаленький бассейн тоже требует заботы. Вслух произнесла:
— Бо-о-ольшое хозяйство у профессора, много подручных людей… И всех надо опросить О-ё-ёй!
— Большое! — подтвердил кто-то за её спиной.
Ольга обернулась. Её взгляд упёрся в улыбающееся лицо с большими серыми глазами.
«Это Верочка», — вспомнила Ольга, спросила:
— Вы по мою душу? Я что-то забыла в доме?
— Нет, нет! — поспешила ответить девушка, — я не к вам. На почту бегу, бандероль получать…
— Давно здесь обитаете, — поинтересовалась Ольга.
— Пять месяцев. Угол снимаю и работаю.
— Угол снимаете? Это как? — округлив удивлённо глаза, спросила Ольга.
— Как? — усмехнулась Вера, — в комнате четыре угла. Один из них я снимаю.
— За деньги?
Девушка кивнула.
— А остальные углы кто снимает?
Верочка рассмеялась переливчатым смехом:
— В одном большой дубовый шкаф для хозяйской посуды. В другом бельевой шкаф, в третьем углу шкаф с бытовой химией, ну а в четвёртом моя раскладушка. Извините, мне бежать нужно, хозяин сердится будет.
— Беги, беги, — махнула рукой вслед девушке Ольга, подумала: «Ничего не скажешь, трепетно относилась Софья в своему «внедрёнышу». Как, однако, прав Мизгирёв-старший: Пётр видел Соню совсем иначе».
Неожиданно к калитке подошёл павлин. Постучал клювом по искусно выкованной решётке, распустил хвост.
— Ах, какой красавец! — Ольга погладила ладонью птицу по маленькой голове, — хвост волшебный, а голова малюсенькая, счастливый! В такой голове немного мыслей заведётся. А горе, как говорится, именно от ума…
В ожидании машины Ольга продолжила осматривать фасадную часть дома. Отметила, что окна второго этажа на уровне семи — восьми метров над землёй.
— «Мизгирёв утверждает: в тот день, когда в окне он с Соней заметил силуэт Игната и попытался приблизиться тот прыгнул, и прыгнул также, как если бы был в самолёте с парашютом то есть, оттолкнувшись от подоконника, распластавшись и вытянув вперёд руки. В этом случае будь он из плоти и крови непременно шмякнулся о землю животом и наверняка разбился. Профессор говорит, что после шока они подбежали к окну — там не было никого. И шлепка тоже не слышали… Даже если предположить, что он успел сгруппироваться, какой-то звук от прыжка всё равно бы был …Надо посмотреть окно… Вернутся? Неудобно. Посмотрю фотографии. Эксперты нащёлкали их кучу — малу со всех ракурсов. И всё же, кто убрал ивовую веточку из воды? Профессор говорит, что мокрых людей в усадьбе не было, а вот были ли люди, ожидающие и уже подготовленные к данному мероприятию ему знать не дано, а нам нужно. Ой, как нужно!