Он обозначил себя шорохом в кустах. В мои планы не входило брать его штурмом, так что я чистой совестью разрядил туда всю обойму трофейного пистолета.
– Есть живые?
Ответа не последовало. Как и предполагалось, живых больше нет.
Я убедился в этом, когда обнаружил в кустах труп бандита. Ни одна из пуль не ушла в молоко, все застряли в теле немолодого уже мужчины с солидной купеческой бородой.
Эх, отец, сидел бы дома, воспитывал детей, а то и внуков – ну чего тебя понесло за воровской романтикой? А, ладно, теперь всё равно поздно. Свой выбор он сделал и теперь сполна расплатился.
Оставив его – всё равно уже не сбежит, я подошёл к экипажу. Лошади похоже попались обстрелянные, даже ухом не повели в момент перестрелки, ну так времена такие.
А вот соседям перестрелка пришлась не по душе. К дому уже подбегали вооружённые люди, среди которых я увидел самого Будённого.
На Семёне Михайловиче были нательная рубаха, галифе и сапоги, наверняка обутые на босую ногу. В руке он держал маузер.
– Быстров?! Что тут происходит? Кто стрелял?
Пришлось сознаться.
– Я стрелял, товарищ Будённый.
– Какого хрена?! – разозлился Семён Михайлович.
– Извините, товарищ Будённый. Не имел права поставить вас в известность. Я – не инструктор джиу-джитсу, а сотрудник уголовного розыска, временно прикомандированный к ДонУгро. Мы проводили секретную операцию по задержанию известного в уголовном мире главаря бандитской шайки Ивана Менникова по кличке Медик, – отрапортовал я.
Полководец окинул меня изумлённым взором.
– Это что – какая-то дурацкая шутка? Розыгрыш?
– Товарищ Будённый, я разве похож на шутника?
Он возмущённо сверкнул глазами:
– А я что – похож на клоуна?! Почему в моём окружении творится хрен знает что, а я не в курсе происходящего?
– Это была вынужденная мера. Дело в том, что ваша учительница французского Нина Савельевна Гречаных оказалась любовницей и сообщницей Медика.
– Что?! – вспыхнул Будённых.
– К сожалению, это так. Сегодня Медик вместе со своими подельниками приехал к ней на свидание. Я его задержал.
– Где он?
– В доме. Он жив и здоров, но пока находится без сознания. Я его тщательно зафиксировал, чтобы он не удрал.
Не спрашивая моего согласия, Будённый уверенно зашагал к дому. Понимая, что такую глыбу не остановить, я вздохнул и пошёл за ним.
Семён Михайлович замер возле первого трупа, лежавшего на крыльце. Если у полководца ещё и оставались какие-то сомнения насчёт того, что это был розыгрыш, сейчас при виде мёртвого тела они окончательно рассеялись.
– Ты его? – уважительно спросил Будённый.
– Я. Их было трое, взять живыми всех у меня бы не удалось.
– Так говоришь – служил в кавалерии?
– Так точно. В Первой Конной!
Будённый молча обнял меня, стиснув как железным тисками. Потом отпустил и с гордостью произнёс:
– Сразу видно! Эх, почему я тебя раньше не приметил! Ты б у меня далеко пошёл, Быстров!
– Так нас много таких было, – усмехнулся я. – Другие под вашим началом не ходили.
Он довольно кивнул.
– Да, славное было время! Не хочешь ко мне снова вернуться, Быстров? Полк не обещаю, но эскадрон на первых порах дам…
– Спасибо за предложение, товарищ Будённый. Это большая честь для меня, но у меня теперь другой фронт борьбы. Товарищи не поймут…
– Правильно сказал, Быстров! Служи дальше в угрозыске. Вижу, у тебя это хорошо получается!
Тут он забеспокоился.
– А Гречаных? Что с ней?
– Она согласилась сотрудничать с нами. Я спрятал её в чулане от греха подальше. И да, Семён Михайлович, та недавняя встреча с вами… В общем, тогда по моей просьбе Гречаных разыграла перед вами небольшую сценку. Мы не хотели подставлять вас под бандитскую пулю.
Говорить, что сегодня ему бы подсыпали отраву в чай, я не стал. Слово есть слово, я обещал Нине Савельевне сделку.
– Вот оно, значит, как… – задумчиво протянул Будённый.
По его лицу читалось, что знаменитому полководцу стало намного легче, когда он узнал, что его мужская гордость не посрамлена. Ну что тут поделаешь… Все мы – мужики, во многом одинаковы.
Медик к нашему появлению уже очухался, он встретил нас злобным взглядом. Хорошо, что я его грамотно спеленал, и удрать у него не было никакой возможности.
Я представил арестанта Семёну Михайловичу.
– Знакомьтесь, товарищ Будённый. Это и есть тот самый известный бандит и душегуб Медик, на его совести много загубленных человеческих жизней. Впрочем, что я говорю – у таких сволочей не может быть совести.
– Да пошёл ты, легавый! – сплюнул Медик. – Это сегодня твоя взяла, а что будет завтра – ещё поглядим.
– Поглядим, конечно, – кивнул я. – Только твоя больше никогда не возьмёт, Медик. Это я тебе гарантирую!
– Нинка меня сдала?
Я отрицательно замотал головой.
– У нас хватает и других источников информации. На твоей Нинке свет клином не сошёлся. И своё она тоже получит.
Если у Медика осталось хоть немного благородства, надеюсь, он не станет топить подругу и рассказывать про отраву.
Будённый вошёл во вкус и стал отдавать приказы. Ещё немного и возле Медика появился надёжный караул, ещё один из удачно подвернувшихся под руку бойцов был приставлен к Нине Савельевне.
