А ещё мне очень хотелось принять душ, но за неимением онного, пришлось ждать баню – Мамед обещал, что завтра исполнит её в лучшем виде. И это будет не какой-то там турецкий хамам с его пятидесятую градусами, а настоящая русская парилка, в которой пот с человека течёт вёдрами, а к волосам даже страшно притронуться – можно обжечь пальцы.
– Конечно, Быстров! О чём речь! Челика не будет часа два… Вот и рассчитывай на это время. Всё, я тебя не держу, – сообщил Овчинников.
– Большое спасибо!
Евгения Марковна как чувствовала, что я скоро буду, и потому меня ждал накрытый стол. Прямо как моя бабушка и Степановна: те всегда знали, когда я приду и всегда были готовы закормить до потери пульса.
– Спасибо вам, Георгий! Если б не вы – обвели б вокруг пальца меня, дуру старую, – покачала головой женщина, пока я расправлялся с очередной тарелкой.
– Что вы, Евгения Марковна! Не надо наговаривать на себя! Какие ваши годы!
– Много уж мне годков, Георгий! Засиделась на этом свете, пора и честь знать.
– Евгения Марковна, туда всегда успеется. Живите и радуйтесь! Вон у вас племянник – какой молодец!
– Мамедушка? Это да! Повезло мне с племяшом, тут уж сказать нечего…
– Вот и я о том же!
После обильного завтрака я вновь засобирался на службу, хотя, признаюсь, было желание подремать с полчасика. Если не переборю, буду потом ходить с квадратной головой и ватными ногами.
– На обед придёте, Георгий?
– Не знаю, Евгения Марковна. Как дела пойдут. Всё-таки служба…
– Я понимаю, но вы уж постарайтесь и Мамеда уговорите. Вдвоём приходите. Я борща с курочкой наварю. Опять же сметанка свежая, сало… Огурчики солённые, грибочки. У меня много припасено.
– Ох, и умеете же вы уговаривать!
– Как тут не уметь, вы ж мужчины – одинаковые, – засмеялась Евгения Марковна. – Только про еду и думаете.
Простившись с Евгенией Марковной, я отправился назад, в губрозыск и пришёл, как выяснилось, минут за двадцать до Мамеда.
Когда он появился, стало ясно: сыщик появился не с пустыми руками. Вид у него был возбуждённый, глаза горели.
– Вижу, весь светишься. Нашёл Резо? – сказал я.
– Нашёл! Он теперь возле порта обретается, мне добрые люди его новый адресок подсказали. Говорят, уже неделю пьёт беспробудно, – с азартом заговорил сыщик.
– Пьёт, говоришь… Как-то не вяжется это с тем, что буквально вчера он убил Дохина, – заметил я.
– А может как раз и вяжется – выпил, чтобы набраться храбрости, и убил.
– Зачем?
– Ну, например, пособачился из-за денег, обиделся на Дохина… Ой, Жора, да мало ли может быть всяких причин! Это ж уголовники, у них башка иначе чем у нас с тобой устроена. И вообще – чего сидеть и гадать. Щаз приедем, тряхнём Резо – он нам как миленький всё расскажет! Тем более с уликами у нас полный порядок, от пальчиков на портфеле ему не отвертеться.
У меня были на сей счёт свои соображения, но я не стал излагать их. Всё будет зависеть от показаний Резо, так что брать его надо кровь из носу.
Для подстраховки Овчинников отправил с нами ещё двух агентов угро: молодых крепких парней из тех, у которых любая работа спорится.
Пока добирались до «апартаментов» Резо, они всю дорогу расспрашивали меня о службе в Москве и Петрограде. Чем больше я им говорил, тем сильнее загорались их глаза, и тут я понял, что перегнул палку.
– Стоп, парни! Вы что – подумали, вся работа в столицах? Зря! Сволочи везде хватает. И везде этих гадов нужно чистить, чтобы они страну не запаскудили.
– Так мы ж не спорим, товарищ Быстров! – добродушно улыбнулся один из парней, представившийся просто и коротко – Миша. – Потихоньку-полегоньку выжжем заразу! Начнём с Резо!
Улица на которой жил налётчик, прилегала к порту, и потому здесь было оживлённо: то и дело ходили портовые рабочие, ездили телеги, один раз прокатил легковой автомобиль.
Это было и хорошо и плохо. С одной стороны из-за суеты мы не привлекали к себе лишнего внимания, с другой – начнись перестрелка, шальная пуля могла зацепить кого-то из случайных прохожих.
– Брать надо аккуратно, – высказал общее мнение Мамед.
– Сначала нужно выяснить, сколько в доме людей, – я кивнул в сторону халупы с облупившимися от сырости стенами, в которой квартировал налётчик.
– Разрешите? – от усердия Миша чуть не встал на цыпочки. – Я тихонечко к окнам подкрадусь, послушаю, что и как.
– Только осторожно! – попросил Мамед. – Меня Резо знает в лицо. Если увидит – сразу поймёт. А ты – в розыске недавно, ещё не примелькался.
– А ну погодьте, – остановил их я. – Какая-то женщина из дома вышла.
На крыльце появилась девица с замученным лицом. Она немного постояла возле дверей, а потом побрела, низко опустив голову, в руках у неё болталась сумка авоська.
– Пусть отойдёт подальше, – шепнул Мамед. – У неё и спросим.
Мы дали ей отойти на сотню метров от жилища, прежде чем преградили путь. Мамед зашёл спереди, мы с Мишей страховали сзади. Ещё один сотрудник угро остался наблюдать за домом.
При виде Челика девица испуганно шарахнулась в сторону.
– Спокойно! Уголовный розыск…
