— Я никогда его не видел, — признался Флейн Риин. — Но думаю, что могу с высокой точностью представить, как выглядит кровавый маг пятого порядка.
Магистр задумался, почёсывая татуированную лысину. Потом поднёс пломп ближе к глазам и прищурился.
—
Я уже слышала это заклинание от Фиди, поэтому представила, как сейчас покроюсь розовыми пятнами. Но, в отличие от Сирены, такая перспектива меня совсем не пугала, несмотря на несколько десятков зрителей.
— Готово! — радостно сообщил магистр.
— И всё? — Я закатала рукав сорочки, подставляя плечо. — Теперь это артефакт?
— Заклинания склонности Мэндэля не имеют никаких визуальных эффектов, в отличие от всех остальных, — пояснил преподаватель. — Ну, или любой иллюзорный эффект, какой пожелает сам ментальный маг.
Моей кожи коснулся кругляш размером с лирну. Магистр Риин заботливо пригладил его ладонью. Пломп нагрелся, но тут же остыл, превращаясь в простую желтоватую наклейку. Судя по взволнованным вздохам и поднявшемуся шуму, преображение состоялось. Я посмотрела на свои руки. Ладони были сплошь чёрными, просветы на коже появлялись только ближе к локтям, как у покойной Чахильды. Только не такие сморщенные. Разветвляясь, мутации поднимались до оголённого плеча и убегали под рукав. Косички тоже потемнели и стали чёрными. Я распустила их, представив себя похожей на Ракель. Но, за исключением чернющих рук, остальная кожа осталась светлой. Да и фигура была явно моей. Может, не такой женственной, как у Ракель, но точно не мужской.
— Артефакт преображения, представленный в данном случае пломпом, не меняет рельефов и изгибов, — рассказывал магистр Риин. — Только текстуру и цвет.
Даже такие перемены меня вполне устраивали. Я представила, как к рукам льнёт красный туман и по моим чёрным венам бегут красные огоньки.
— Благодарю вас, студентка Горст, — кивнул мне магистр. — Можете возвращаться на место. Пломп очень недолговечен и может отклеиться в любой момент, тогда просто прилепите его обратно. Часов через пять он точно будет уже непригоден. Но пока — наслаждайтесь маскарадом!
Я поблагодарила магистра и побежала наверх, рассматривая свои непривычные ладони. На ходу задрала сорочку, чтобы рассмотреть ещё и живот. На нём вен не было, и я немного разочаровалась. Волосы мешали, но я не стала заплетать их обратно в косы.
— Из-за ненадёжности пломпов их почти не используют в качестве артефактов, — продолжил преподаватель. — Тем более боевых. Обычно маги предпочитают зачаровывать какой-то аксессуар.
Магистр Риин поднял руку с тремя кольцами и с хитрым видом снял одно из них. Письмена на его лысине моментально пропали, и он стал чем-то напоминать Голомяса. Студенты захихикали. Татуировки придавали магистру факультета Мэндэля загадочности и, в какой-то степени, авторитета, а без них он выглядел обычным пожилым мужчиной. Он надел кольцо обратно и вернулся к привычному виду.
— С боевыми артефактами всё немного сложнее, — углубился в тему магистр. — Они теряют силу после однократной активации заклинания и превращаются в безделушки без магической наполненности. Но их можно зачаровать снова.
— Дай потрогать будущего короля, — Сирена провела пальчиком вдоль моих чёрных вен. — Выглядят, как настоящие. Паук не исчез, кстати.
— Знаки соединения нельзя замаскировать иллюзией, — напомнила я.
— Боевой маг, создающий артефакт, вместе с конкретным заклинанием вкладывает в него свою плазну, — объяснял магистр Риин. — Но при этом не читает воззвание. Поэтому для завершения вам необходимо только обратиться к тому богу, которому принадлежит это заклинание. И, уж поверьте, при активации бог заберёт и вашу собственную магическую силу, не меньше, чем требовалось от создателя артефакта. На самом деле, это малая плата за использование чуждой вам склонности. И распоряжаться ею надо с умом.
Студенты заскучали и отвлеклись, молча занимаясь своими делами. Я уставилась в окно в надежде рассмотреть горы, но, кроме неизменного плотного тумана, ничего не увидела. Аудитория располагалась высоко, и это вполне могли быть облака. Сидящая впереди девушка достала знакомую мне книгу «Анна и Ханз» и принялась читать её из-под стола.
— Сирена, — позвал Нед Комдор, — ты знала, что у академии огромная территория?
— Догадывалась, — презрительно бросила моя подруга.
— Я обошёл все стены, в них есть запертые двери, — шептал Нед. — А у самого края — теплицы! Обычно там куча свиров, но ночью они уходят. Они выращивают там овощи и фрукты. Хочешь, сходим сегодня посмотреть? Некоторые уже созревшие.
— Как твои прыщи, — пробубнила Сирена себе под нос, но потом повысила голос, чтобы Нед услышал: — Предлагаешь нарушить правила академии, чтобы сходить с тобой на огород?
— Ты же любишь овощи, — попытался убедить её Комдор.
— Я не люблю овощи, — громким и злым шёпотом ответила студентка Эстель. — Я люблю животных. Это разные вещи, Нед.
