К счастью, моей физической формы всё ещё хватало, чтобы прекрасно управляться с луком. Его гладкая сталь придала мне уверенности. Для большей убедительности я достала кинжал, погладила лезвие, и убрала его обратно. Всё-таки оружие было продолжением меня. Я сама была оружием — оружием мести Тезарии Горст. Сейчас необходимо было думать только об этом. Суета успокаивала меня, отвлекала от гнетущих мыслей. Каас схватил меня за плечо, поворачивая к себе.
— Новый Квертинд, Юна. Свободный, — быстро заговорил стязатель. — После этой ночи руководить Орденом будем мы. Ты станешь ещё более легендарной, чем твоя мать. Люди пойдут за тобой. Устанавливать правила сможет одно твоё слово — какое только пожелаешь.
Он пытался меня поддержать, но у меня не было никакого желания говорить о далёком будущем. Тем более о таком, где мне отведена какая-то важная роль. У меня вообще, кажется, не было никаких желаний. Кроме одного: пережить сегодняшнее утро.
— Каас, думаю, из меня получится плохая королева, — я взвесила лук, снова оттянула тетиву. — У меня другие причины находиться здесь.
Самой себе я не признавалась, что вместе с тетивой пытаюсь оттянуть время. Где-то снаружи ждал мой ментор.
— Ты всему научишься, — от Кааса веяло лихорадочным возбуждением. — Поверь, тебя есть кому научить власти. И я буду рядом, всегда. Это такое счастье, Юна, встретить кого-то, с кем можно не носить никаких масок. Кто примет тебя таким, какой ты есть. Я очень долго ждал этого дня, чтобы стать кем-то большим, чем я есть. С тобой я чувствую, что близок к этому. Ты ведь во мне не сомневаешься?
Мне всегда нравилось, когда Каас был таким — увлечённым, искренним и простым. С ним всегда было легко и весело. Или легко и грустно. Но сейчас ни одно его слово не отзывалось в моей душе. Кажется, день здорово вымотал меня. А ещё я каждой клеточкой, физически ощущала присутствие Джера.
— Нет, — устало выдохнула я. — В тебе я не сомневаюсь.
— Сейчас и в нём перестанешь, — понятливо кивнул стязатель. — Готова выйти?
Я не была готова. Совершенно точно. Но отсюда был только один выход, и я кивнула. Кажется, слишком медленно, но Каасу этого хватило и он вышел первым. Я поплелась следом, проверяя застёжку на ремне колчана. Она была застёгнута идеально, но я снова и снова пробегалась по ней пальцами, боясь поднять глаза. Шла я наугад, почти брела, сосредоточив все мысли на кончиках пальцев. Передо мной маячила спина стязателя, и я осмелилась посмотреть на его затылок. Сырой воздух всё сильнее пах грозой и пылью, далёкий раскат хлопнул где-то над морем, и по небу пробежала вспышка.
— Кирмос лин де Блайт, — вдруг произнёс Каас, и я вздрогнула. — Я думал, сентиментальность вам чужда. Как глупо и опрометчиво довериться юной мейлори.
Я выглянула из-за плеча Кааса. Джер стоял, отвернувшись, и смотрел на Кроуниц. Город вывесок и фонарей светился своими огнями сквозь редеющий туман. Хмурое небо ещё сильнее поблекло перед рассветом, темнота стала серой. Руки ментор чёрного паука сложил за спиной, и я даже разглядела, что он покручивает своё кольцо.
— Знаете, один уважаемый мною человек любит повторять, что не стоит недооценивать опасность человечности, — продолжил стязатель. — И, сколько я живу, снова и снова убеждаюсь в его правоте. Вы тоже знакомы с ним.
Опасность человечности… В памяти зашевелились почти забытые воспоминания, картинки другой жизни, которой я когда-то жила. Джер повернул голову, и я с трудом подавила желание снова спрятаться за спину Кааса. Попыталась сглотнуть тугой ком в горле, но тело отказывалось мне подчиняться. Я пошевелила пальцами, разминая их. Вдобавок ко всему снова громыхнул гром. Плохо. Если начнётся дождь, оперение стрел намокнет и это не пойдёт на пользу точности.
— Странно, что я ещё жив, — после короткой паузы усмехнулся Каас. — Коллеги рассказывали, что вы мгновенно казните всех, кто сомневается в вашем авторитете. Должно быть, вы знаете, что моя жизнь мало стоит в масштабах политики королевства. В отличие от вашей, Чёрный Консул.
— Хорошо разбираетесь в политике, стязатель? — кинул через плечо Джермонд. — Вы присягнули служить Иверийской династии. Защищать Квертинд.
От голоса ментора я покрылась мурашками. Ладонь сжала лук сильнее, костяшки пальцев побелели. Я нервно облизнула губы и напомнила сама себе безумную Чахи.
— Этим я и занимаюсь. Защищаю Квертинд, — Каас взглянул на свои перчатки. — А Иверийская династия мертва. Их идеи, законы, бюрократия, звания и принуждения тоже должны кануть в прошлое вместе с погибшими королями. Бывшими или вероятными.
— Думаете, что, убив человека, сможете убить и наследие? — спросил Джермонд.
— Мы убьём человека, — медленно проговорил стязатель. — А потом уничтожим и наследие.
Джер отвернулся. Я выдохнула и расслабилась. Больше всего я боялась, что он посмотрит на меня. Руку свело от перенапряжения, и я потрясла кистью. Сегодня она мне ещё может пригодиться.
— Отойди на расстояние выстрела, — процедил Каас так, чтобы услышала только я. — Достаточное, чтобы не промахнуться. Но не ближе.
