– Но это создаёт пг'аздничную г'адость! – попытался возразить Куиджи. – Сами по себе пг'азники ничего не означают, они обг'етают значение только внутг'и нас. Мы создаём смысл событий. Смысл есть и всегда будет искусственной категог'ией, пг'ивелегией г'азума. Пг'аздничная г'адость – это не ничего!
– Праздничная гадость, – хохотнула Лилия, игнорируя остальную речь ментального мага. – Летит прямо в наши тарелки.
– Куиджи, – Лоним пытался справиться с приступом смеха, – иди-ка ты лучше поколдуй над механизмами в мастерской. С ними у тебя лучше получается контактировать.
Студент Лампадарио хотел ещё что-то сказать, но потом окинул взглядом нашу веселящуюся компанию, горько вздохнул и побрёл к выходу.
– Мне тоже пора, – поднялся Артур. – Не хочу снова возиться с рудвиками, украшающими бестиатриум, или подавать оружие первокурсникам. Магистр Десент наказывает за опоздания.
– Будут проблемы с ним – обращайся, – шутливо предложила я и вытянула ладонь над головой.
Артур усмехнулся и, проходя мимо, с готовностью хлопнул по моей руке. Ракель возмущённо поднялась и молча ушла. Лилия, что обвивала Лонима, минуту поколебалась, потом тихо попрощалась и побежала за подругой.
– Сирена, пойдём и мы, – я лениво отодвинула тарелку.
– Я бы выпила ещё кружечку.
Я удивлённо посмотрела на подругу. Времени до занятия оставалось совсем мало, и это означало, что педантичная леди Эстель собиралась опоздать на свой любимый предмет. Мне хотелось поторопить её, но она неотрывно сверлила глазами Лонима, оставшегося без вечного пломпа в виде Лилии. Тот охотно принял вызов и с ехидной улыбкой изучал Сирену. Они явно обменивались какими-то понятными только им молчаливыми сообщениями, поэтому я почувствовала себя неловко. В отличие от Зака, который уплетал уже второй кусок запеканки, несмотря на её сходство с лысиной Голомяса.
– Зак, – оторвала я Маффина от его любимого занятия, – проводи меня.
– Ф смыфле – свидание? – он попытался проглотить здоровенный кусок, что торчал у него изо рта. – Прямо сейчаф?
– Вроде того, – пояснила я. – Только не у нас с тобой.
– А? – не понял Зак Маффин.
– Свидание, свидание, – подтвердила я, решив, что намекать бесполезно. – Давай быстрее.
Зак затолкал пирог поглубже в рот, вытер оранжевые крошки салфеткой и буквально побежал за мной, сбивая на ходу стулья широким телом.
В стремительно пустеющей гостиной сидел Куиджи, обхватив голову руками. Вилли и девушки со склонностью Нарцины, что декорировали интерьер, пытались призвать его к работе, но он не реагировал. Я знала, каково это – чувствовать себя ненужным, поэтому хорошо понимала одинокого волшебника, что виртуозно создавал иллюзии. У меня появилась идея.
– А можно я тебя поцелую? – спросил подоспевший Зак, приближаясь ко мне.
– Это на следующем свидании, – бросила я, наблюдая за Куиджи. – А сейчас тебе пора уходить.
– Ты меня обманула, да? – на широком лбу Маффина появились морщины. – Никакое это не свидание.
– Просто оно было очень коротким, – нелепо отмазалась я. – Как полёт стрелы.
– Ты меня обманула! – закричал Зак, тяжело дыша.
– Будешь меня бить? – я приподняла бровь, поворачиваясь к неудачливому ухажеру.
Зак пыхтел, кулаки его сжимались и разжимались, требуя выхода огненной стихии Омена. Но Вилли, привлеченная шумом, уже навострила свои ретивые уши, торчащие из-под шляпы. Несколько секунд Маффин колебался, но потом всё же отвернулся и тяжело застучал ногами по одной из лестниц.
Я подошла к Куиджи Лампадарио и присела напротив, чтобы поравняться с его взглядом.
– Куиджи, – позвала я, – ты не обижайся на ребят. На самом деле они славные, просто не любят новичков в своей компании.
– Всё в пог'ядке, Юна, – он слабо улыбнулся. – Дело не в новичках. Тебя они пг'иняли довольно легко. Я – совсем дг'угое дело.
– Этот снег в столовой – он правда великолепный. Вряд ли кто-то на твоём факультете может создать подобное.
– Тг'удно, когда никто не хочет пг'изнавать твои значительные достижения, видя только недостатки, в котог'ых ты даже не виноват, – пожаловался Куиджи. – Тебе это сложно понять, Юна, но я тебя не осуждаю. У тебя нет таких недостатков. Тебя все любят.
Тут Куиджи ошибался, и я точно знала, что кое-кому не нравлюсь. Например, смуглой красавице Ракель. Но в любом случае это была не та тема, которую я хотела сейчас обсудить.
– А знаешь, – хитро прищурилась я, – возможно, я бы могла замолвить за тебя словечко перед ребятами.
– Пг'авда? – недоверчиво спросил Куиджи.
Я довольно улыбнулась. Вот оно. Первое правило ментора. Работало, как часы: неизменно точно. Узнай, чего на самом деле хочет человек, и дай ему это. И можешь просить всё, что пожелаешь. Мне не нравилось моё новое коварство, но намерения у меня были самые добрые, поэтому я продолжила:
– Правда. Но у меня есть одна просьба. Моя подруга Фидерика Уорт учится на твоём факультете, на одном с тобой курсе. Но у неё совсем ничего не выходит с иллюзиями, и она сильно расстраивается. Я видела, что ты можешь сотворить буквально из воздуха. Не мог бы ты дать ей пару уроков?
