Лепестки горели маленьким симметричным пожарчиком. Цветок этот встречался редко даже в Фарелби, и по весне за ним устраивали настоящую охоту. За свои целебные свойства квертиндцы прозвали его «эликсиром жизни». Среди скал Кроуница я не встречала ни одного и сейчас удивлённо залюбовалась огненными лепестками, так похожими на летнее солнце.
Нед же беззастенчиво любовался Сиреной. Даже меня его щенячья преданность уже раздражала, а остальные студенты с курса откровенно издевались над ним из-за его детского романтизма. Прямо сейчас парни в стороне захохотали над какой-то шуткой, чем заслужили гневное замечание магистра. Первокурсники начали переговариваться тише, строя гримасы в сторону Неда. А Биатрисс Калькут продолжила пространно вещать о важности выбора склонности и божественной природе заклинаний. Должно быть, смирилась с весенним возбуждением разгорячённой солнцем толпы.
– Спасибо, – подруга кокетливо приладила огонёк за ухо. – Нед, Лоним надерёт тебе зад, если узнает, что ты таскаешься за мной.
– Ещё посмотрим, кто кому надерёт, – буркнул Нед и отшатнулся от бабочки.
Рыжая крапивница выпорхнула из-под перекошенных створок склада, сделала круг над собравшейся толпой и, мелькнув огоньком на фоне еловой хвои, нырнула в сумерки леса, привлечённая яркой лазурью.
– Ах, перфокурсники! – Надалия Аддисад подняла руку, спускаясь по каменным ступеням. – Важный день предстоит!
Студенты оживились и развернулись на голос ректора. Голубой атлас мантии переливался отблесками, играл складками, струился вдоль изящной фигуры женщины, споря оттенком с самими небесами. Волосы Надалия убрала в высокую причёску, что придавало ей роста и торжественности.
– Вы все до́лжны хорошо подумать! – наставила ректор с улыбкой, сверкающей не хуже её мантии. – Кфертинд возла́гает на вас бо́льшие надежды. Мне выпала честь видеть его будущие перспектифы в ваших лицах. Огромная отфетсфенность и трудный выбор для каждого из вас, я по́нимаю. Но не сомнефаюсь, что ма́гистры хорошо вас научили.
– Где-то я это уже слышала, – вслух задумалась я.
– Молчи, – прорычала Сирена, пихая меня локтем.
Я ухмыльнулась. О близкой дружбе Надалии Аддисад и ментора Сирены ходили разные слухи. Меня они всегда смешили, а вот мою подругу приводили в бешенство. Даже пихаться она стала, по-моему, после того, как впервые услышала об их отношениях. Хотя, может, это я дурно влияла на ранее безупречные манеры леди Эстель.
– Сефодня и зафтра – последние дни, когда вы должны приобрести пустой тиаль, – напомнила ректор. – Потому что после́зафтра состо́ится церемония и большое торжестфо по поводу их заполнения и окончания учебного года! Прямо здесь, в Церемо́ниальном зале.
Головы студентов одновременно развернулись к большому куполу. Мечтательные взгляды сразу же перешли в тревожные и взволнованные шепотки, вызвав строгое цоканье магистра Калькут.
Все разговоры в последнее время сводились к тому, что ворота академии откроются на два дня, чтобы студенты могли свободно посетить город. В преддверье стодневных летних каникул правила позволяли выйти без разрешения. Для некоторых это было первой возможностью посмотреть Кроуниц, побывать в его тавернах, торговых лавочках, на набережных и знаменитой площади. Ежегодно все студенты пропадали там до самого вечера, неизменно возвращаясь в комнаты до наступления темноты. Это правило действовало всегда, независимо от праздников, времени года и обстоятельств.
– Магистр Калькут, – обратилась ректор, – отпустите перфокурсников сегодня. Прекрасный день выдался, отличный для покупки тиаля!
Предложение встретили радостным визгом, потому что знали, что любое слово этой невысокой женщины в академии стоило расценивать, как приказ. Даже консульство считалось с мнением ректора Кроуницкой королевской академии.
Надалия Аддисад только посмеивалась, отмахиваясь от благодарностей.
Биатрисс Калькут коротко кивнула, подтверждая своё согласие, но студенты уже радостно суетились и прыгали, разбегаясь. Сирена кинула на ректора странный взгляд, задержалась глазами на её тиале и потащила меня в сторону замка.
– Сирена, – остановила я подругу, высвобождаясь из её хватки, – давай встретимся в городе у магической лавочки, в которой покупали тиаль Фиди.
– Зачем? – не поняла студентка Эстель. – Вместе и поедем. Я хочу только переодеться. Как раз покажешь нам Кроуниц, ты ведь уже хорошо его рассмотрела.
– У меня есть кое-какие дела в городе, – попыталась уклониться я от ответа.
– Юна, – Сирена остановилась и решительно заглянула мне в глаза, – ты же знаешь, что связываться со стязателем – плохая идея? Он никогда не сможет жениться на тебе и вообще всю жизнь будет далеко. Не считая того, что ты можешь стать объектом мести его врагов. Вероятнее всего, станешь.
– Конечно, знаю, – охотно призналась я. – Клянусь, это не связано с Каасом. Мне нужно решить денежные трудности.
– Ладно, – она подозрительно сощурилась, но всё же отступила. – Тогда встретимся у входа в «Чары и чарки».
Студентка Эстель изящно развернулась, взмахнув локонами, и застучала каблучками по каменной лестнице.
