Этот аристократический господин явно был какой-то очень важной персоной. Мои предположения моментально подтвердились, когда сам наместник Галиофских утёсов, консул Верховного Совета Орлеан Рутзский низко поклонился странному человеку и поцеловал перстень на его мизинце. От удивления я раскрыла рот и выпучила глаза, пытаясь прикинуть, кому кланяется консул, претендующий на престол так же, как сам Кирмос лин де Блайт, хоть и отстающий от него в этой гонке.
Незнакомец слегка повернул голову, как будто почувствовал мой взгляд, и я быстро спряталась, стараясь унять сердцебиение. Вряд ли этот стук мог меня выдать, но я начала считать вдохи, чтобы успокоить противный орган. Каблуки застучали по полу, удаляясь. Перед моими глазами был только обтёсанный камень серой стены, но волновалась я так, будто стояла перед самим Чёрным Консулом. Неизвестный мне господин вселил скользкое, липкое, неприятное ощущение страха и трепета, хотя ничего особенного он не сделал.
В коридоре снова послышались шаги, но я словно вросла в эту нишу, стала серой колонной академии. Я боялась выглянуть и даже пошевелиться, радуясь своему каменному плену. Голова закружилась, но я настойчиво сжимала кулаки и дышала. Когда шаги раздались совсем рядом, до меня, наконец, дошло, что я вообще-то жду своего ментора.
– Джер, – выкрикнула я из убежища, предварительно убедившись, что это действительно он. – Я здесь!
– Юна? – он недоверчиво сощурился. – Ты как туда залезла?
– Ловкость, – прокряхтела я, пытаясь вырваться из тисков стен. – Гибкость. Мастерство маскировки.
На последнем слове я вылетела из узкой ниши, как пробка из бутылки, и Джер, легко придержав меня, прошёл ближе к окну, заинтересованный моим убежищем. Он удивлённо переводил взгляд с меня на узкий уступ, словно не мог поверить, что я сумела там поместиться. Я гордо улыбнулась.
– Пойдём, – он взял меня за руку, видимо, чтобы я снова не залезла в стену. – Пора решить вопрос по поводу следующего года.
– Надеюсь, ректор Аддисад не станет обзываться, – обречённо буркнула я, шагая по ковру.
Тяжелая дверь со вспученными крылатыми львами снова скрипнула, явив нам некоторый беспорядок и торопливую суету фигурки в лазурной мантии.
– А, ма́гистр Десент, – едва мазнула по нам взглядом ректор, склонившись над увесистым на вид саквояжем. – И студьентка Горст. Меня срочно́ вызыфают в сто́лицу, времени на сборы почти нет. Гово́рят, у них для меня важное предупре́ждение. Присажифа́йтесь. Только быстро.
К счастью, презрительного взгляда я не удостоилась: ректор была слишком занята сборами и не обратила на меня никакого внимания. Она быстро подошла к одной из нефритовых полок и начала взвешивать на ладони кольца, выбирая нужные. Джермонд сел на один из свободных стульев перед широким блестящим столом и кивком указал мне на второй.
– Мы по поводу оплаты, – сходу начал Джер, игнорируя приветствие. – Хочу узнать, кто внёс необходимую сумму за первый год обучения Юны.
– Ах, да, – резко прервалась ректор, виновато на нас оглядываясь. – Очень печально вышло, кто мог знать. Консул Рутзский гара́нтировал мне безо́пасность студьентки со стязателем Каасом Брином. Поймитье меня прафильно, сам Кфертинд гарантирует жителям безо́пасность в компании стязателя. И мне казалось, что студьентка Горст не чуфстфует угрозы. Это было так непедагогично с моей стороны – не уделить должно́го внимания его похищениям.
Лазурная мантия зашуршала складками, и Надалия Аддисад подошла к своему столу. Ректор оперлась на него рукой, глядя на нас сверху вниз и рассеянно перебирая пергаменты. Создавалось впечатление, что мы здорово смутили женщину.
– Ректор Аддисад, – мягко прервал её суету Джер, – вы хотите сказать, что обучение Юны оплатил Каас Брин?
– Ну, конечно, – раздражённо подтвердила ректор, будто стыдилась говорить на эту тему. – С позфо́ления Консула. Они оба приходили ко мне прошлым летом и лично присутстфофа́ли при написании приглашения.
Я заёрзала и обернулась на дверь. Очередное напоминание о том, что Каас общался со мной только потому, что хотел меня использовать, было неприятным. Но какое отношение к этому имел консул Рутзский? Недавняя сцена в коридоре встала перед глазами, и я испуганно глянула на Джера, решив поскорее рассказать ему об увиденном.
– Ну, что ж, – невозмутимо развел руками Джер, – теперь Каас Брин мёртв и моей мейлори ничто не угрожает. К счастью. Я бы хотел на этот раз сам внести оплату за следующий год её обучения.
– Оплату? – удивилась ректор Аддисад и как-то странно захлопала глазами. – Вы – вньести оплату?
– Я ведь её ментор, – заметил Джер, слегка прищуриваясь. – Довольно ожидаемо с моей стороны поступить именно так.
В моё сердце закралась маленькая надежда, что ректор Аддисад разрешит мне учиться без оплаты – в конце концов, я же мейлори магистра, который полгода работал за двоих. И вообще имел в академии неоспоримый и безукоризненный авторитет. Даже захотелось ехидно потереть ладошки от выгоды, но ответ ректора Аддисад меня совершенно озадачил.
